ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Владимир ЗАДОРОЖНЫЙ


ЗАТМЕНИЕ СОЛНЦА (ВАН ГОГ)

Задорожный В. Затмение солнца: Драма в трех действиях. — Херсон: ОАО «ХГТ», 2007

ISBN 978-966-8502-67-5

 

Этот человек должен был или сойти с ума, или превзойти нас всех; я не ожидал, что оба предположения подтвердятся.

Камиль Писсарро.

 

 

Отрывки из первого действия

 

В прошлое воскресенье, в половине двенадцатого ночи, некий Винсент Ван Гог, художник из Голландии, явился в дом терпимости № 1, спросил некую Рашель, вручил ей свое отрезанное ухо со словами «Береги его как зеницу ока» и исчез. Полиция отправилась наутро к этому человеку и нашла его в постели без всяких признаков жизни. Несчастного срочно доставили в больницу.

Сообщение в газете «Forum republican!» 30 декабря 1888 года.

 

23 декабря 1888 года. Арль, город на юге Прованса. Мастерская в доме Винсента Ван Гога. У входной двери настенный рукомойник и настенная вешалка, заваленная разносезонной одеждой. Посреди комнаты громоздкий, похожий больше на верстак стол, на столе всякая всячина: кисти в банках и россыпью, свитки холстов, палитры, глиняная посуда, оплетенная бутыль вина... Напротив двери облезлый топчан, рядом комод и шкаф с круглым зеркалом на дверке. На стенах несколько картин в тонких рамах, на одной изображены подсолнечники в вазоне; на окнах льняные, со следами от вытирания рук занавески. Вечер. В комнате перед мольбертом Поль Гоген, в руках кисть и палитра. На холсте портрет Ван Гога. Гогену сорок лет, он крепко сложен, широкоплеч и невелик ростом, у него смуглое скуластое лицо человека твердого и волевого, короткие, торчком темно-русые волосы, небольшие усы и бородка. Художник нетрезв, на нем серая, испачканная красками куртка и длинный шерстяной шарф.

 

ГОГЕН. Последние мазки, дружище. Здесь чуть-чуть... и здесь. (Делает шаг назад.) Хорош, мерзавец! Ну просто вылитый.

Не грех и себя увековечить. (Выводит кистью на холсте.) «Gauguin». Готово! (Поет дурным баритоном.) «Все кончено! А было ли начало?.. Лишь видимость мелькала!» (Швыряет палитру на стол.) Так... Как бы тебя назвать? «Ван Гог и подсолнухи»?.. Не то. «Ван Гог перед мольбертом»? Совсем не годится. «Винсент, рисующий подсолнухи»? Вот! В яблочко! «Винсент, рисующий подсолнухи». (Отходит от мольберта и любуется портретом издалека.) Здорово! Станцевать впору. (Кружит по комнате, неуклюже притопывая.) Э-та-та, э-та-та, э-та-та!.. Мартиниканский танец! Э-гуп-гуп, э-гуп-гуп, э-гуп-гуп!.. (Останавливается у стола и наполняет кружку вином.) Ау, Винсент! Где тебя носит? Без тебя пью, пою, танцую... Ты не находишь, что с твоей стороны это свинство? (Чокается с холстом; более или менее серьезным тоном.) Твое здоровье, старина! Уж не взыщи, но таким ты выглядишь на самом деле: человеком не от мира сего, в одном лице и безумцем, и мучеником. (Выпивает.) Бр-р-р... Похоже, я порядком набрался.

 

............................................

Входит ВИНСЕНТ ВАН ГОГ, на нем мокрое, грязное пальто и поношенная шапка-ушанка, через плечо сумка, в руке этюдник. Ван Гогу тридцать пять лет. Широкое лицо, высокий покатый лоб с сильными надбровными дугами, нос с горбинкой, на впалых щеках и подбородке что-то среднее между рыжеватой бородой и щетиной, взгляд голубых глаз несколько исподлобья, напряженный и пронзительный (эту пронзительность подчеркивает глубокая складка, разделяющая брови), под шапкой волнистые соломенные волосы. Он выше среднего роста, физически крепок, в движениях порывист и темпераментен.

.................................

ВАН ГОГ. Прошу тебя, Поль, оставь в покое свою мандолину. ... Не умеешь — не берись.

ГОГЕН. Научусь.

ВАН ГОГ. Второй месяц слышу. (Ставит этюдник на стол и выкладывает оттуда кисти и краски.)

ГОГЕН. А я говорю, научусь! Это ты, кроме живописи, ни на что не способен, я же мастер на все руки. (Тренъ-бренъ.) Керамика? Пожалуйста. Резьба по дереву? Будьте любезны. Скульптура? Какую угодно! Роден позавидует. (Тренъ-бренъ.) И музыке выучусь. На старости лет, грея ноги у камина, буду сочинять оперы. Похлеще Верди и Гуно.

..........................

ВАН ГОГ (стонущим голосом). Пощади, Поль. У меня голова раскалывается.

ГОГЕН (откладывает мандолину в сторону и садится). Твоя взяла! Концерт окончен. (Разглядывает Ван Тога не без удивления.) Что за вид, старина? Тебя словно вываляли в грязи.

ВАН ГОГ. Упал; споткнулся обо что-то. (Снимает грязное пальто, шапку и бросает их под вешалку.) На всей улице одна-единственная лужа, и я прямо в нее, во весь рост. Плохой знак. Ты веришь в приметы, Поль?

ГОГЕН. Смотря что считать приметой. (Улыбается.) Утром, с похмелья, мне каждая выпитая накануне рюмка кажется зловещей приметой. Что же ты не надел свою шляпу со свечками? Глядишь, и не упал бы.

ВАН ГОГ. Откуда ты знаешь про шляпу?

ГОГЕН. Сорока на хвосте принесла. Не хочешь поделиться своим изобретением?

ВАН ГОГ. Не вижу в твоих глазах интереса.

ГОГЕН. Наоборот, я сгораю от любопытства.

ВАН ГОГ. Засмеешь ведь?

ГОГЕН. И не подумаю.

ВАН ГОГ. Ладно. (Роется в комоде.) Где же она? Шарф, полотенце, подтяжки... Нашел! В угол забилась. (Показывает Гогену старую фетровую шляпу с огарками свечей по краям.) Все до банальности просто, Поль. Спереди за шляпную ленту вставляю пять-шесть свечей и зажигаю... Видишь? (Надевает шляпу и смотрится в зеркало на дверке шкафа.) Ну как?

ГОГЕН. Потрясающе!

ВАН ГОГ. Весь фокус в том, что в такой шляпе я могу работать даже в непроглядную ночь — на улице, в поле, возле реки... Лампу беру лишь для того, чтобы различать на палитре краски. Попробуй как-нибудь. Эффект поразительный, особенно когда свет от зажженных свечей колеблется от дуновения ветра. Помнишь мою картину «Звездная ночь», берег Роны и саму Рону под Большой Медведицей? Ты еще восхищался контрастом между бледно-зелеными звездами над рекой и грубым золотом городских керосиновых ламп.

ГОГЕН. Ну.

ВАН ГОГ. Писал при помощи этой вот шляпы. (Снимает шляпу и заталкивает ее обратно в комод.)

ГОГЕН (не скрывая иронии). Оригинальная находка. ... Что касается твоей «Звездной ночи», да и всех твоих арльских работ, то я от них далеко не в восторге. Написаны, не отнять, от сердца и правдиво, но чересчур прямолинейно. Произнесу по слогам: при-ми-тив-но. Ты снова запутался в каком-то новом «изме», корень слова которому еще не придуман.

ВАН ГОГ. Где уж мне до твоего изысканного стиля! (Жестко.) Правда есть правда, Поль! Она не может быть прямолинейной и примитивной.

ГОГЕН (принимает вертикальное положение). Вот чудак! Разве я сказал что-нибудь против содержания твоих работ? Я говорю о способе выражения этого содержания, о манере твоего рисунка. Неужели ты считаешь, что правдивость в изображении человека или предмета станет очевидней, если вместо тюбика краски ты выплеснешь на холст ведро? Почему во всех твоих последних работах я неизменно натыкаюсь на неудобоваримую многослойность, на месиво в фактуре? Там, где достаточно одного мазка, ты кладешь все десять. Создается впечатление, что по твоим полотнам прогулялся объевшийся кот: в одном месте наложил кучку, в другом... (Кивает на картину на стене.) Взять, к примеру, твои «Подсолнухи». Проведешь по холсту ладонью и натрешь мозоли! Это что же, новый путь в живописи, к правде изображения через толщину краски, через узлы и аляповатость? Хочешь, чтобы твои картины выглядели бугристо и выпукло? Тогда забудь про холст и бумагу, раскрашивай на глобусах горные хребты.

ВАН ГОГ (выразительно). И это говорит человек, которого я считаю передовым художником Франции! Ушам своим не верю. Сколько мы знакомы, Поль?

ГОГЕН. Отвяжись.

ВАН ГОГ. Лет пять, не меньше. И что же? Оказывается, все эти годы я дискутировал с человеком, который совершенно не понимает, что, собственно, есть живопись. (Хлопнув ладонями по коленям, встает и ходит по комнате.) Теперь мне понятно, почему все твои полотна столь статичны и скудны по гамме. В них недостаточно цвета.

ГОГЕН (насмешливо). Чего недостаточно, господин учитель?

ВАН ГОГ. Цвета, Поль! А живопись — это прежде всего цвет. Основа музыки что? Звук. Основа скульптуры — линия. А живопись — это цвет! Все остальное — приложение. (Распаляется.) Знаешь, почему мои картины выполнены, как ты выразился, аляповато? Это потому, дружище, что, в отличие от тебя, я пытаюсь добиться нужного сочного цвета не только разбавляя, смешивая и перетирая краски, но также делая их предельно густыми и насыщенными. Да, иногда я не пользуюсь кистью и выжимаю краску из тюбика прямо на холст! Да, порой я стегаю капающей кистью по холсту, как хлыстом! Но задумайся, почему я так поступаю. Только ли оттого, что во мне берут верх животные инстинкты и бьют ключом эмоции? Нет! Идея яркого, несказанного цвета — вот что движет мною в работе. Ты демонстрируешь цвет, а я его выражаю. Улавливаешь разницу? К чертям собачьим тот цвет, который не просится к зрителю, которому уютно в раме! Твой цвет — это удачно подобранная краска, мой — это пламя, пожар, огненная лава! (Выдвигает рывком ящик стола и достает бритву.)

ГОГЕН. Ты что задумал, Винсент?..

ВАН Го г. Бери! Я хочу, чтобы ты соскоблил слой за слоем краску с моих «Подсолнухов».

...............

ГОГЕН. Я не собираюсь участвовать в твоих нелепых экспериментах.

ВАН ГОГ. А я настаиваю! Должен же я доказать тебе свою правоту.

ГОГЕН. Таким способом?

ВАН ГОГ. Хотя бы! Ну же, засучи рукава! Слой за слоем срезай, постепенно... Быть может, тогда ты признаешь, что с каждым срезом мои подсолнухи станут вянуть и никнуть, что в конце концов они просто умрут. Ты лишишь мои цветы самого важного — их густого и жгучего, их ослепительного и неповторимого цвета. Я жду, приятель. Приступай.

.......................

ГОГЕН (ошеломлен). Ты, определенно, ненормальный, Винсент! Художник убьет в тебе человека... если уже не убил.

ВАН ГОГ (гневно сверкнув глазами). Думай, что говоришь! (Бросает недокуренную трубку в кружку, из которой пил.) Запомни, Поль: в моей работе я был и буду прежде всего человеком, а уже потом художником. Это во-первых. А во-вторых, ради создания желанной картины я никогда не поступлю бесчестно, ибо считаю, что хорошая картина равноценна доброму делу, а прекрасная — то же, что подвиг. И если когда-нибудь я почувствую или хотя бы заподозрю, что нечто подлое и звериное убивает во мне человечность, я тут же расстанусь с живописью, а может... и с жизнью...

...................................

(Подходит к мольберту Гогена и разворачивает его, чтобы посмотреть на холст.)  Бог мой! Ты ее закончил!

ГОГЕН. Час назад. Узнаёшь себя?

ВАН ГОГ (всматривается в портрет). Это, конечно, я... Но я, потерявший рассудок. Ты изобразил меня сумасшедшим.

ГОГЕН. Я показал тебя, каким видел.

ВАН ГОГ. Но на портрете я выгляжу сумасшедшим.

ГОГЕН. Не выдумывай.

ВАН ГОГ (закипает от злости). Ты изобразил меня сумасшедшим!

ГОГЕН (почуяв неладное). Тебе не нравится моя работа? Выбрось на улицу; я не обижусь. Этому портрету далеко до шедевра.

ВАН ГОГ (исступленно). Ты изобразил меня сумасшедшим!

ГОГЕН. Заладил! Других слов нет?

ВАН ГОГ. Зачем ты это сделал, Поль? Решил показать всему миру, что я псих, что я юродивый?

ГОГЕН (пытается отстранить Ван Тога от мольберта). Отойди! Я сорву этот холст и выкину в окно. И вся недолга!

ВАН ГОГ. Вот так, значит, да? Решил показать всему миру, что я сумасшедший?

ГОГЕН. Да отойди же ты!

ВАН ГОГ (свирепо). Не трожь! Я сам разберусь с твоей мазней. Сперва я с тобой покончу! (Хватает Гогена за отвороты куртки.) Ах ты, гад! Ах ты, змей ползучий! Это же надо — изобразить меня сумасшедшим!

ГОГЕН (вырываясь). Не дури, Винсент!

ВАН ГОГ. Доконать меня задумал? Не прощу! Убью, сволочь! Зарежу! (Бросается от Гогена к столу.) Тебя убью, а потом и себя! (Хватает со стола бритву.) Ты куда, бычья морда? Стой, где стоишь!

ГОГЕН (пятясь к выходу, бледный от страха). Ты не в себе, Винсент... Ты болен, у тебя приступ. Я пойду в гостиницу... Слышишь? Я переночую в гостинице.

ВАН ГОГ. Стой, говорю! (Надвигается на Гогена с раскрытой бритвой.)

ГОГЕН (выставив перед собой руки). Не подходи, Винсент! Я закричу!.. Умоляю тебя, не подходи! Одумайся, не бери грех на душу.

ВАН ГОГ замирает. Спустя мгновение бритва выскальзывает у него из руки и падает на пол. Гоген, подняв воротник куртки и не сказав больше ни слова, выходит.

ВАН ГОГ (с минуту пришибленно смотрит на дверь, потом медленно садится на стул). Ушел. И ждать напрасно, не вернется. Бросил... Все бросили. Обманули, предали... (Поднимает глаза.) Где же ты, Господи? Почему не придешь мне на помощь? За какие грехи заставляешь страдать и толкаешь на смерть? Мало ли я служил тебе, мало ли поклонялся? Молчишь. Проклял ты меня, Господи. Видно, очень ты был не в духе, когда я рождался, вот и проклял. (Громко стонет.) Как же болит голова! Невыносимо! (Опускается на колени и плачет.) Что делать теперь? Все надежды и мечты насмарку. Зачем жил? Ради кого? Ни семьи, ни детей, ни друга... (Задирает голову.) А все Ты, Великий Творец! Ненавижу! И себя за то, что Ты во мне, ненавижу! (Лихорадочно стаскивает с себя башмаки и запускает их в потолок.) Получай! Согрей свои святые пятки! (Поднимает с пола бритву, встает и, подойдя к шкафу, очумело разглядывает себя в зеркале.) У, мерзкая, лошадиная рожа! Рожа дикаря, изгоя, ничтожества! (Бьется головой о дверку шкафа.) Вот тебе! вот тебе! вот тебе!.. (Снова громко стонет.) Он изобразил меня сумасшедшим! Дьявол! Решил извести меня... Я без тебя управлюсь! (Подносит бритву к шее.) Это не сложно. Взмах — и нет Ван Гога! Покой, пустота... (Пытается полоснуть бритвой по горлу, но задевает только левое ухо.) А-ай! Промахнулся, черт! (Роняет бритву и зажимает рану воротником пиджака.) Кажется, упало что-то... (Поднимает с пола отрезок уха.) Мочка уха. (Нездоровый смешок.) Плоть от плоти... И сказал Христос: «Примите, ешьте! Сие есть тело мое, за вас ломимое». (Засовывает мочку в карман пиджака.) Но я не закончил... Где же бритва? Куда я ее подевал? (Становится на колени и шарит рукой по полу.)

..............................................

 

Михаил Порядин. «Подсолнух», поэма.

Михаил Порядин. Фан-клуб Ван Гога.

Владимир Задорожный. «Затмение солнца (Ван Гог)». Драма. Файл в формате PDF в виде zip-архива. Объем 360 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Владимир Задорожный. «Смерть в “Англетере”». Драма. Файл в формате PDF в виде zip-архива. Объем 175 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Купить 1С управление торговлей. Сопровождение 1С управление торговлей.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com