ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Юрий ВЛОДОВ. ФИЛЬМЫ


Юрий Влодов в книгах, статьях и воспоминаниях

Страница Людмилы Осокиной

«Я ВАМ ПИШУ, ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО!»
телефильм о поэте Юрии Влодове
(РТР, 2-й канал, творческое объединение «Лад», 1991 г.)

 

Get Adobe Flash player

Людмила ОСОКИНА

ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ И ПОКАЗА ФИЛЬМА

Этот фильм снимало молодое российское телевидение, которое тогда еще только-только сорганизовалось. Сейчас это канал «Россия», тогда назывался РТР и находился он на 2-й эфирной кнопке.

 

Выход на людей с этого телеканала связан с Виктором Наймушиным.

 

Это пермский актер и кинорежиссер, тогда он жил и работал в Москве в театре им. Пушкина. Потом, правда, опять уехал в Пермь. Он был племянником главного редактора журнала «Клуб» Ивана Павловича Никонова. Поэтому частенько заходил в журнал. А Влодов туда тоже в то время заходил к своей давней приятельнице Антонине Ростовой, она в то время там работала корреспондентом. Вот там они с Наймушиным и познакомились. И Влодов начал рассказывать о себе всякие байки, очень артистично, в лицах, он ведь вырос в актерской семье и не был обделен артистическим талантом. Читал свои гениальные стихи. И, естественно, поразил впечатлительного Наймушина.

 

А Наймушин общался тогда со многими интересными людьми. Как-то он познакомился с девушкой, которая работала редактором на канале РТР. Это была Наталия Кильпе.

 

Он рассказал ей про Влодова, и она очень заинтересовалась и творчеством Влодова , и его необычной поэтической судьбой. Еще бы, тут было чем заинтересоваться! Переговорила она со своим начальством, и решили они снимать о Влодове фильм.

 

Первый звонок с телевидения был в августе 1991 года. Мы жили тогда в Чертаново, на Красном Маяке, в комнатушке Егорова. Чем нам запомнился этот звонок, так это тем, что он был произведен в разгар августовского путча. Ну, когда Янаев решил взять власть в свои руки и объявил об этом по телевидению. А Горбачева блокировали в Форосе. Это было 19-го или 20-го августа.

И вот в эти дни звонит нам Наташа Кильпе и предлагает Влодову снять о нем передачу. Причем, голос у нее тоже дрожит, она вся в волнении и говорит, что конкретно насчет даты съемок она позвонит позднее, в какой-то другой день, потому что сейчас не до этого, поскольку путч и их канал заблокировали, окна забили досками, а их самих выгоняют на улицу. Но потом, когда все утрясется, она перезвонит.

Влодов был в немалом изумлении от такого предложения. И от того, что его хотят снимать, и от того, что таким чудным образом. Он долго потом вспоминал этот звонок, все это выглядело как-то сюрреалистично. Да и мне такое запомнилось: у телеканала заколотили окна, выгоняют на улицу, а они звонят и предлагают сниматься. Однако!

Путч был подавлен, все в итоге утряслось, никуда их не выгнали, но долгое время с телеканала никто не объявлялся. Похоже, они забыли о своем предложении. Потом, месяца через 2, все-таки позвонили и напомнили о съемках. Влодов согласился участвовать в этом деле, хотя он и не верил до конца, что они реально к нему приедут.

Наша жизненная ситуация за это время существенно изменилась. Влодов написал письмо шведскому королю, отнес его в посольство с просьбой разрешить ему с семьей выехать в Швецию. Там вроде как было изъявлено согласие, и мы ждали уже конкретного разрешения на въезд в Швецию и были полны радужных надежд в отношении своего ближайшего будущего.

Телевизионщики заинтересовались этим делом и решили использовать всё это в съемках, уж больно заманчиво все это выглядело. И вот, где-то через неделю, съемочная группа заявилась к нам домой, в Чертаново. Она провела у нас почти целый день.

 

Приехало где-то человек 5 или 6. Наталия Кильпе была редактором или корреспондентом, а режиссером был армянин Валерий Мкртумов.

Они пылали идеями, горели страстью сделать все как можно красивее, как можно интереснее.

У нас в Чертаново была очень маленькая комната — 10 м. Там стояли кровать, диван, шкаф, кресло, комод и стул. Очень было тесно, очень. И всю эту съемочную группу пришлось туда втискивать, в эту комнату, да еще с аппаратурой. Но как-то вот уместились.

В двух других комнатах жили соседи по квартире — Хилюки — муж, жена и двое детей.

Мне пришлось ютиться на кухне, пока телевизионщики в комнате снимали Влодова, Юля же ушла к подружкам.

Я помню, сначала они решили сделать съемки на улице, около дома, чтобы мы, всей семьей погуляли около дома по оврагу. Прямо перед нашим домом находился неглубокий, но довольно просторный овраг. И вот мы там прогуливались довольно долго по этому оврагу, они гоняли нас там часа 2. Мы очень замерзли.

Когда мы пришли, соседка по квартире, Татьяна Хилюк, приготовила нам всем какие-то очень вкусные творожники — сдоба такая, испеченная в духовке — и вот вся съемочная группа ими лакомилась. Я же была в сильном волнении от всего происходящего и даже не подумала им что-то такое приготовить и угостить их. Но вот мой просчет исправила соседка.

Потом стали снимать уже в квартире. Влодова долго снимали в комнате, интервью такое с ним делали, вопросы наводящие задавали. Он отвечал. Правда, сами вопросы в сюжете не остались.

Вообще, много он чего наговорил там ненужного. Он ведь не продумывал ничего, так, говорил, что в голову взбредет. А какие-то действительно важные моменты из своей жизни и творческой биографии так и не осветил.

Снимали они в комнате долго, так что день плавно перетек в вечер. И если в первых эпизодах Влодов сидит в кресле у окна и за окном светло, то в последних эпизодах за окном уже темная ночь. А в комнате горит свет. Поздней осенью ведь темнеет рано.

Помню, во время съемок кто-то за стеной начал стучать, но это было не у наших соседей по квартире и даже не в соседней квартире, а непонятно где. Это было не совсем хорошо, звук же идет на камеру, записывается. И мы не могли понять, где стучат, сходили к ближайшим соседям, там ничего такого не было. Но не будешь же искать по всему дому... Поэтому пришлось с этим делом смириться. Так он и запечатлелся в кадре. Но в этом можно было усмотреть какой-то знак. Ведь Влодов всю жизнь был окружен стукачами, всю жизнь на него стучали, и найти стукачей было не так-то просто. Так что стук этот был неспроста.

С этого фильма началась моя своеобразная карьера так сказать, «актрисы» документального кино. Мне везло впоследствии на такие «роли» и несколько подобных фильмов будет снято с моим участием. Но это уже намного позднее. Здесь я только примеривалась к образу. Я была в том фильме в роли жены большого поэта. Мне там слова не дали, я только молча бродила с Влодовым и с нашей дочкой по Чертановским оврагам. Но тогда я была рада и этому. Даже попадание на пару минут в такой фильм значило многое.

Телевизионщики снимали меня, правда, и в квартире, на кухне, заставили резать помидоры, но тоже молча. Но эти кадры в фильм поставлены не были.

Помню, как при съемках телевизионщики выходили на балкон, это когда уже стемнело на улице. Они поставили туда прожектор, включили его и при съемках из комнаты получилась луна. Они использовали эту картинку, когда снимали последний эпизод, где в кадре звучит стихотворение Влодова «Отче!», а сам он стоит у окна, курит и смотрит на луну.

Так что по-всякому они там креативили, снимали Влодова через зеркало, заглядывали в шкаф, где стояли иконы на полке.

Я вот думаю, там, где иконы попадали в фильм, сам фильм был сделан под покровительством Высших сил, сил Божьих, в частности под покровительством Богородицы. Потому что всё не просто так. Такие дела, как вот этот фильм, так просто не сорганизуешь. Там, наверху, на него тоже санкция нужна, ходатайство нужно, Божий маркетинг, если так можно выразиться. Ведь стихи Влодова, которые прозвучали в фильме, все были о Боге из его главной книги «Люди и боги».

 

Кстати, в фильме прозвучало 9 стихотворений, причем самых лучших, самых сильных, самых выигрышных. Это меня порадовало. Частенько Влодов что попало мог читать или давать, а тут вот получилось все как надо. Сами стихи читал актер театра Пушкина Рогволд Суховерко.

И только одно стихотворение «Иуда горяч и смугл...» читает сам Влодов.

 

Влодов, конечно, читал хорошо, экспрессивно, но дело в том, что такое чтение хорошо в небольших количествах. Потому что для чтения в кадре требовался хорошо поставленный голос, который не сипит, не хрипит, не задыхается. Такой голос бывает у профессиональных актеров. Это важно хотя бы для того, чтобы понять, что человек читает, о чем речь. Поэтому чтение стихов Влодова за кадром профессиональным актером было наилучшим вариантом. Чего, кстати, не скажешь о другом фильме о Влодове, черно-белом, в котором Влодов все стихи читает сам, и это как-то не очень. Очень экспрессивно, не спорю, но порой чрезмерная экспрессия мешает восприятию и утомляет зрителей.

Еще телевизионщики постарались должным образом оформить подачу стихов: подобрали нужные кадры, нужный видеоряд, видео со смыслом, а не просто так. Ввели в фильм картины Леонардо да Винчи и музыку Баха, органную музыку. И стихи Влодова оказались на высоте, их ничуть не умаляло соседство с такими величественными фигурами. Он был им под стать: и Баху, и Леонардо.

Длительностью этот фильм получился в 30 минут. Это довольно большая по времени картина, если перевести на современные мерки, если представить, сколько стоит сейчас минута и даже секунда эфирного времени. Но в те далекие времена почти все телевидение было государственным, некоммерческим, и никакой рекламы там не крутили, а может, только начали крутить. Поэтому если давали на такие фильмы 30 минут, то их и использовали как надо. Точно по назначению. Не было тогда не только рекламы, но всяких разных компьютерных спецэффектов, которые усложняют просмотр.

Поэтому расшифровывать этот фильм было легко по сравнению с другими фильмами. Я вот до этого расшифровала несколько фильмов: и о себе, и о Влодове. Очень тяжко мне было расшифровывать фильм о себе, который делал канал ТНТ в 2007 году. Сам сюжет был где-то минут на 7 , но телевизионщики в эти минуты столько всего насовали, всяких спецэффектов, что голова пошла кругом. За 1 секунду изображение могло смениться 3 раза, поэтому описывать такое дело было сущим наказанием.

А в этом фильме шли не только секунды, но и минуты, а диктор за кадром неспешно читал стихи Влодова, а камера так же неспешно озирала окрестные дома и деревья или фиксировалась на долгое время только на Влодове. Поэтому получилось замечательно. Все спецэффекты операторы делали сами или не делали совсем.

Фильм снимался поздней осенью 1991 года, а прошел в эфире только 7-го февраля 1992 года. Да, вот такие фильмы так долго ждут эфира, впрочем, это повсеместная практика, фильмы обо мне тоже впоследствии проходили в эфире не раньше чем через 1,5 — 2 месяца после съемок.

 

Это был важный момент — попадание в эфир. Ведь фильм могли сделать, а в эфир он мог и вовсе не попасть. Где-то, на каком-то этапе, могли и запретить, что-то кого-то могло и не устроить. Ведь Влодов был фигурой запрещенной. Ну и что с того, что началась перестройка? Не все сразу менялось, не все сразу рухнуло, как говорится. Люди-то везде оставались прежними, хотя и делали вид, что поменялись. Но по большей части это была только видимость.

Я к чему это говорю? К тому, что фильм надо было прокрутить в эфире, и не один раз, поскольку страна была большая и имела много часовых поясов. Показ был назначен где-то на 17.30 по московскому времени, но это время в разных точках нашей страны наступало по-разному. Показ на Камчатку и Дальний Восток начался где-то в 10.30 по Москве. Показ на Западную Сибирь где-то в 1 час дня. Показ на Урал в 3 часа дня. и т.д. И обо всех этих показах нам сообщал по телефону режиссер Мкртумов. «Вот, пошел показ на Дальний Восток, вот пошло на Западную Сибирь!» Зачем он это отслеживал? А затем, что после показа на какие-либо регионы могли поступить какие-либо нехорошие сигналы с мест либо от соответствующих органов и дальнейший показ могли бы прекратить. Поэтому Москва могла бы своего показа и не дождаться.

 

Но мы, слава Богу, дождались! Показали-таки, в означенное время, посмотрели и мы, и все наши знакомые. Конечно, нам было важно, чтобы наши родственники, друзья, знакомые посмотрели этот фильм именно во время показа. Это была единственная возможность его увидеть, так как Интернета тогда еще в России не было и вот просто так, как сейчас, зайти на сайт и посмотреть стоящий там ролик, сделать было нельзя.

 

Конечно, нам дали копию фильма на видеокассете, но копия эта была всего в 1-м экземпляре, кроме того нужно было иметь видеомагнитофон для просмотра, а эта вещь в то время тоже являлась дорогим удовольствием. Так что показ в телеэфире являлся тогда единственным доступным средством просмотра. Но многие, как ни странно, посмотрели. Каждый, правда, узрел в этом фильме что-то свое, близкое ему и доступное для понимания.

Одна моя знакомая, не пишущая, к слову, заметила, что у нас на окнах в этой комнате висят только шторы, а нет еще тюлевых занавесей. Из этого она сделала вывод, что мы живем очень бедно, только у самых бедных семей на окнах нет тюля, то есть дневных занавесей, а основные шторы повешены прямо на голые окна. Меня это немало удивило. Я как-то не замечала, что у нас там за шторы на окнах висят. Кстати, даже эти драные желтые шторы были не нашими, а егоровскими, так же как и кресло, в котором восседал Влодов, и диван. Мы ведь жили в его комнате, и шторы эти как висели при нем, так и оставались висеть в принципе. Но я после такого заявления как-то по новому взглянула на шторный вопрос, неужели это имеет какое-то значение? Но для кого-то, видно, имеет.

Но вернусь к показу фильму. Слава Богу, он хотя бы раз прошел. Но больше не удалось. Все-таки вмешались какие-то силы, и повторный показ, назначенный на 13 февраля, не состоялся. Вот так. Так что не зря режиссер переживал. Дело это было очень даже непростое.

Больше этот фильм нигде и никогда не показывали. Я, правда, точно сказать не могу, но, наверное, нам бы сообщили, если бы это произошло.

Какова его дальнейшая, уже архивная судьба, тоже толком неведомо. Я не знаю, сохранились ли какие копии фильма в архиве канала или запись затерли, пленку могли использовать на какие-либо другие съемки. Скорее всего, пропал этот фильм. Пленка тогда была в дефиците, поэтому могли использовать ее и по второму заходу.

Судьба нашей семьи после показа этого фильма мало изменилась. Обычно ждут каких-то чудес после этого, типа того, что «на следующее утро они проснулись знаменитыми». Да, признаюсь, мы ожидали каких-то чудес, хотя и непонятно каких. Но ничего не случилось. Время уже было не то. Если бы в середине 70-х прокрутили бы по центральному каналу такой фильм, тогда да. А так, нет, ничего не произошло. Впрочем, произошло, но не совсем благоприятное: наш отъезд в Швецию так и не состоялся. Не в последнюю очередь, я думаю, и из-за этого фильма тоже. Что-то там помешало этому, какие-то силы. И официального разрешения на въезд в Швецию нам так и не дали.

Так и закончилась для нас эта эпопея: с телевидением, со шведским королем и шведским королевством. Единственное, что осталось от всех этих дел, это вот этот фильм «Я Вам пишу, Ваше величество...». Но и то хорошо. У других и этого не случилось.

 

апрель 2013 г

Юрий Беликов. «Сторож России из пьесы абсурда»

Антонина Ростова. Шведский король и рукописи Влодова

Ретроспектива фильма «Я Вам пишу, Ваше Величество...»

Юрий Влодов. «Между гением и графоманом — воробьиный скок». Интервью Беликову в Доме Ильи

«Пермский десант». Фильм о поэте Юрии Влодове. Видео

«А гений — сущий Дьявол». Ретроспектива фильма о Влодове

Юрий Влодов. Люди и боги. Сборник стихов

Юрий Влодов  «На семи холмах». Сборник стихов

Юрий Влодов в книгах, статьях и воспоминаниях

Страница Людмилы Осокиной

ШОК! Увеличение груди с помощью крема krem-secret-of-morocco.ru

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com