ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Таша ТОМИНА


«Мисс Весенний Дебют 2004»

Живет в Минске. Журналист

 

Пилигриму на манер колыбельной

 

здесь тихо и тепло. и речь колес,

наверно, внятней чем твои глаголы.

стекает свет фонарный под откос,

провинциально выцветший и квелый.

 

сидишь в купе, пути усталый раб,

попутчикам дотошным на забаву.

и лишь окна меняющийся скарб

один принадлежит тебе по праву.

 

ты видишь, как в стакане бьется блик,

таким же одиночеством отравлен.

и лунный бог — неважный истопник —

лишь вдохновеньем греет лес и травы.

 

но ты усни, романтик и беглец

от распорядка обморочных буден.

паси во сне барашков и овец

на расписной фарфоровой посуде...

 

 

Любить тебя

 

Любить тебя... я знаю много способов

сходить с ума в кварталах ноября,

где месяца расколотое бра

скребет асфальт лучами-альбиносами,

нездешней меланхолией соря.

 

самой себе казаться необузданной,

сквозь снег нестись в расстегнутом пальто,

промокнуть, простудиться, но зато

обвить тебя вкруг шеи, словно бусами,

впиваясь в губ разбуженных ментол.

 

крутить твои пластинки в одиночестве,

заметив сходство текста и судьбы.

свихнутся телеграфные столбы

от всех моих приветов многоточечных,

застынут дни морозно голубы.

 

писать тебя... невиданной манерою

заставить куролесить мастихин,

пока махрово-снежный балдахин

плетет ноябрь над улочками серыми,

пока сочатся ласка и стихи.

 

 

* * *

безнадежно вечерело.

сквозь колтун весенних туч,

истончаясь до предела,

пробивался желтый луч.

серый дом зевал фрамугой,

занавеской языкат.

двор с проворством центрифуги

полоскал листвы ушат.

и целуя воздух клейкий,

нежным чудом из окон

разливался запах флейты

майской лени в унисон.

и вдыхая удивленно

музык пряные пары,

многолетние бутоны —

расцветали фонари.

вечерело. выплывала

краем туч луны ладья.

и должно быть, мал-помалу

вечерели ты и я...

 

 

Колыбельная для кошки

 

К нам забыл дорогу почтальон,

а беда-злодейка ходит в гости.

Вот и друг мой нежный погребен

на кустарном парковом погосте.

 

Я его зеленые глаза

закрывала пальцами, немея...

Спи, мой мальчик, лапа, егоза,

в этих тихих липовых аллеях.

 

Понимаешь, так заведено:

все уйдут, но кто-то будет ранний.

Упадет, как спелое зерно,

в чернозем ночных воспоминаний.

 

И других замкнется жизней круг,

в безвременье тихое утащит.

Спи спокойно, мой веселый друг.

Ты был настоящий... настоящий...

 

 

А правда дети падают с небес?

 

А, правда, дети падают с небес,

алмазики с пинцетов аистиных?

Вот ты смыкаешь руки — половины

ковша, для собирания чудес.

 

Сегодня день, наверное, такой:

и май, и дождь, и радуги подкова —

все-все приметы для ребёнколова.

Но где он, теплый, солнечный и твой?

 

Должно быть, он, запутавшись в сетях

цветных дождей, еще целуем Богом.

Смотри, по переливчатым чертогам

плывет большая туча на сносях.

 

 

Первый дождь

 

Вдоль улицы каштановых свечей

развешаны нежнейшие початки,

с распоротыми пальцами перчатки

их трогают измятостью своей.

И, в общем-то, до первых до стрижей

осталось полнедели, полтетрадки...

 

Когда грозы вот так, как манны ждешь,

как вдохновенья — дышишь осторожней.

Так грохот улиц, откровенно ложный,

порой за начинающийся дождь

воспримешь... Заблуждение, но всё ж

предплечья обрастают птичьей кожей.

 

И вот однажды, слыша странный шум,

ты выйдешь на балкон под вечер или

под утро, и ударит запах пыли

в лицо, как несмываемый парфюм.

Ты, кажется, недавно был угрюм?

Тебе ничьи духи не подходили?

 

Теперь — дышать, ладоням — расцветать

под сыплющейся радостью горошин.

Пусть день внезапной влагой огорошен,

но тоже ждал, как божью благодать,

когда шальной и шумный, скомороший

начнется ливень и пойдет плясать.

 

И сделаются улицы длинней

прозрачней, точно камерные залы,

чтоб в каждом это бешенство хлестало

по струнам деревяшки тополей.

И коль тебе музык не доставало —

то слейся с этой, слейся с этой, слей...

 

 

Нитки

 

Я выжила. Утерлась рукавом.

И больше не скучаю ни по ком.

Я в снах не вижу эпизодов вещих

и в доме перекладываю вещи.

 

Пусть комната — теперь калейдоскоп.

Раскладываю память по короб...

Одна луна сверкнёт — немой арбитр —

я на прощанье твой целую свитер.

 

Что свитер? Нитки, только и всего.

Они уже не греют никого.

И если ты забыл свою одёжу,

и нитки о тебе забудут тоже.

 

А я? А я сегодня и всегда

в ответ скажу: «Какая ерунда

моя любовь. Да вот, смотрите сами —

забытыми задушена вещами!»

 

 

Я и ты

 

Не ходи: там зима, там ветра и мороз,

Там под сахарным инеем ветки берез

Чуть звенят, в полудрему округу клоня.

Там есть мир, но в нём нет ни частички меня.

 

Это прошлым июлем, однажды в жару

Я случайно пропала в сосновом бору.

И теперь не страшна мне ни боль, ни метель,

Мне малиновый эльф застилает постель,

 

Варит эль, и свирель не смолкает его...

Только главного нет здесь — тебя самого!

Приходи: обниму, напою, пропою

Как мне радостно видеть улыбку твою.

 

 

* * *

Бренчи на гитаре. Открой мне разгадку —

как солнце сползает в задымленный вечер...

Мы любим бездонно, без сна, без оглядки,

и каждый предмет нами очеловечен.

Рука так лениво, но так абсолютно

касается звонкой натянутой меди.

Мне верится, так же играет на лютне

крылатый голыш, что с луною в соседях.

Все просто, все прочно. И спешка банальна,

еще до рассвета — шестьсот поцелуев.

Ты знаешь, постель — это мимика спальни,

и днем спальня бело и гладко тоскует...

Пусть в тихой квартире качаются блики

кофейного дня, увязая в уюте.

Мы сеем любви сумасшедшей улики

для несуществующих шпиков и судей.

Мы любим так жадно, мы любим так спело,

и пыл равносилен последнему вздоху.

И кажется, с нами вселенная спелась,

и лютню роняет крылатая кроха...

 

Но утро смыкает тяжелые веки,

а клятвы орешком расколоты грецким.

Родной, я забыла, что возглас «навеки!»

увы, не оправдан ни Богом, ни сердцем.

Стихи 2007 — 2010 гг.
 1    2    3

Подборки 2004-2006 гг.

«И опрометчиво легка...» Ицхак Скородинский о поэзии Т.Томиной

Альманах «ИнтерЛит 01.04». Е-книга, PDF, 910 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com