ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Наталия ШАЙН-ТКАЧЕНКО


Об авторе. Контакты. Содержание раздела

О рассказе Елены Гвозденко
«ИСПОВЕДЬ ВЕРИГИНА»

Новый рассказ Елены Гвозденко «Исповедь Веригина» с момента публикации вызвал неоднозначные рецензии. Нет-нет, понравился он всем мгновенно и безоговорочно. И мастерство писательское не вызывает сомнений — это же Гвозденко.

 

Бомж пишет известному блогеру и рассказывает об утрате всего: семьи, имущества, дома. Надежды. Это канва. Но не о ней спорят, сюжет приключенческого триллера достаточно прямолинеен, развитие местами даже предугадывается. А вот образ главного героя, степень его искренности — тут глубины серьёзные. И читательское восприятие различается.

 

Что есть исповедь для Веригина? Почему он ищет публичности? По сути — общественного суда? Искренен ли он? «Не девочка эта виновата, девочка, ставшая частью развращённого мира, который создавали такие как мы. Она была прислана именно для осознания глубины пропасти, в которой оказался».

 

Это ли не раскаяние? Не осознание причины падения?

 

Может быть, исповедь не должна быть публичной — в этом есть тщеславие. Наверное, существуют и формулировки, помогающие исповедоваться. Но Веригин не идёт в храм, он открывается не священнослужителю, а незнакомому человеку, не жалея и не оправдывая себя. Почему?

 

Есть некие триады в рассказе, наверняка они не случайны. Это же Гвозденко! Отметим их.

 

Халат. Последний подарок матери — прошлое.

Осквернение этого материального символа — настоящее.

И в куче грязного белья — справка об аборте. Погубленное будущее.

 

И происходит слом. Но нет пока ни обновления души, ни понимания взаимосвязей. Есть только обвал в неизвестное.

Замечу попутно, что эти три элемента рассказа немного затушёвываются самим действием. Это же триллер, хочется скорее узнать, что дальше, символичность остаётся за кадром. При первом прочтении. А вот уже при повторном...

 

И вторая триада — три женщины. Жена — внешняя причина всех несчастий. Машка — непонятная, чуть невнятная, но добрая и очень живая. До самой своей смерти. И старушка-нищенка, фигура совершенно символическая. Надо было увидеть и её гибель, убийство женщины, как источника жизни, как воплощения милосердия, чтобы пришло понимание собственной бездуховности, алчности, душевной пустоты.

 

Так почему Веригин жаждет публичности? Не ради славы, какая уж тут слава — признаться в собственном слабодушии. Ради предостережения: пока не поздно, пока жизнь продолжается, оглянись, одумайся, чему ты эту жизнь посвящаешь.

 

Мне этот рассказ кажется крупным по мысли. Возможно, программным. Квинтэссенцией уже написанного Леной, от «Мечты чиновника» до фельетонов о ЖКХ. С этой самой фразой о мире, который сами создали и теперь пожинаем всходы драконьих зубов.

И раскаянию, пришедшему с осознанием конца земного существования, я верю:

не лицемерят на пороге вечности.

Наталия Шайн-Ткаченко

Елена Гвозденко. «Исповедь Веригина»

Рассказы, миниатюрыШутки, пародии — Критические заметки

Об авторе. Контакты. Содержание раздела

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com