ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Татьяна ГОЦАК


Об авторе. Содержание раздела

МУЛЬТИГЛОТИКИ 11

Про лопату

 

Мама подметает. Дана, естественно, хочет помочь, подходит и заботливо подает ей совок:

— Мамочка, на, я тебе лопату принесла!

 

 

«Пополам»...

 

Дана тащит маме свой «Новогодний подарок», выуживает шоколадную плитку и просит:

— Отклой, пожалуйста!

Аззам тут же подбегает к столу:

— Мама, я тоже хочу такую шоколадку!

— Ты свою скушал вчера! — коротко отвечает мама, продолжая разворачивать блестящую обертку.

— Мама, я поделюсь с Аззамчиком! — неожиданно раздается нежный голосок Даночки.

— Какая умничка! Видишь, Аззамчик, какая у тебя хорошая сестричка! — хвалит дочку мама и добавляет, — Дануся, так что, я твою шоколадку делю вам пополам?

— Холошо, мама! — соглашается девочка, — Только Аззаму дай «пополам», а мне много, холошо!?

 

 

Скушать солнышко

 

Дана завтракает со всеми за столом. Аккуратненько почистив отварное яйцо, довольно откусывает белок, потом укусив еще раз, поморщившись, останавливается. «Мама, я не хочу солнышко кушать! Ты скушай, хорошо?» — предлагает девочка и, не дожидаясь ответа, перекладывает в мамину тарелку яичный желток.

 

 

«Все меня бросили»...

 

Рано-рано утром мама, пока все спят, тихонечко, чтобы не разбудить Даночку, крадется на кухню готовить завтрак. Но не успевает даже поставить чайник, за спиной уже слышится расстроенный детский голосок:

— Никто со мной не спит... спала сама, без мамы, без папы, — со вздохом… — Ну ничего, мне не страшно... — и опять со вздохом, — все меня блосили...

— Доченька, я две минуты назад только вышла из комнаты, мы же вместе спали... — начинает оправдываться мама.

— Нет, никто со мной не спит... — продолжает «страдать» девочка, — сама, всю ночь сама спала... а в комнате темно... все меня блосили... все... все... никто меня не любит!

 

 

Красивый ответ

 

Дана просит у мамы сладости. Мама просит малышку сначала поскладывать игрушки в детской комнате. Дана нехотя уходит выполнять поручение, но не проходит и минуты, как она возвращается.

— Мама, дай клубничку!

— Дануся, ты уже поубирала? — недоверчиво спрашивает мама.

Девочка молча, недовольно разворачивается и снова уходит в комнату. Но через пару минут снова появляется на кухне.

— Мама, дай, позалуйста, клубничку или конфетку!

— В комнате уже красиво? — продолжает настаивать на своем мама.

Дана, немного помявшись на месте, всем своим видом показывая, что убирать ей совсем не хочется, а что-нибудь вкусненькое скушать наоборот хочется очень, изобразив очаровательнейшую из своих улыбок, «честно» признается:

— Мама, ты — класивая! Ты такая класивая! ...дай клубниську, позалуйста!

 

 

Страшная сила «извини»

 

Дана прибегает к маме вся в слезах:

— Мама, мама, Аззам меня бил!

Женщина тут же зовет сына:

— Зачем ты ее бил?

— Я ее не бил.

— Бил, бил, — продолжает хныкать Дана.

— Не бил, — говорю, — настаивает на своем мальчик, — она сидела на лестнице, а я пробегал мимо и случайно ее зацепил!

— Да! — плачет малышка, — вот так, прямо в спину ударил ногой, больно...

— Да не ударил, а зацепил... И потом, я хотел извиниться. Говорю ей: «извини, Дана, извини!» А она... сидит, плачет и не слышит ничего, — раздраженно продолжает обидчик.

— Ой, болит, болит, — снова хнычет Дана.

— Мама, я, правда, извинялся. А она плачет, и плачет, и не слышит ничего, как сейчас, видишь? Вот я и треснул ее по голове, чтобы она поняла, что такое «извини»!

 

 

Вчера 5, а сегодня 6

 

У Аззамчика день рождения. Проснувшись утром, он довольно рассматривает подарки и спрашивает маму:

— Мама, мне сегодня уже 6 лет?

— Да, 6 лет!

— А вчера было 5?

— Да, вчера было 5.

— А сегодня 6?

— 6.

— А вчера 5?

— 5.

И так раз десять. Затем наконец-то сын задает маме следующий вопрос:

— Значит, я уже вырос?

— Конечно, вырос, посмотри, какой ты уже большой!

Мальчик от радости сразу же рванул к зеркалу и стал внимательно себя рассматривать: ножки, ручки, живот. Но, видимо, осмотр его не удовлетворил:

— Мама, а где я вырос? Покажи, пожалуйста, в каком месте? А то я что-то сам найти не могу!

 

 

Еще одна история «про 6 лет»

 

— Мама, мне уже 6 лет?

— Да, — в сотый раз устало подтверждает мама.

— Ого, — довольный маминым ответом радуется сын, — целых 6! Это значит, что завтра меня уже переведут в Grade 1 к тебе? (мама работает учительницей в школе)

— Нет.

— Почему? — обижается малыш, — Мне уже 6 лет, и твоим детям тоже по 6, я знаю, я спрашивал!

— Аззамчик, тебе только сегодня исполнилось 6 лет. А моим первоклассникам — по 6 с половиной уже, а многим и вообще по 7. Ты в следующем году пойдешь в Grade 1, я тебе уже сто раз говорила...

— Мамочка, пожалуйста, возьми меня к себе в Grade 1. Я не хочу с маленькими больше учиться, я — большой уже. Мне 6 лет, как твоим детям.

— Моим детям почти всем семь уже, — снова повторяет мама, и, понимая по глазам сына, что это не аргумент, продолжает, — и у них... у них уже зубы выпадают. Ты сам видел, весь класс без зубов. А у тебя все зубы на месте, рано тебе еще в первый класс!

— Мамочка, пожалуйста! Забери меня завтра в первый класс! А зубы... зубы я себе могу выбить, вот так, смотри! — и со всей силы замахивается себе прямо в челюсть кулаком, — вот так врежу один раз и тоже буду без зубов.

Мама, вовремя остановив детскую ручку, начинает громко хохотать:

— Ты так сильно хочешь в первый класс, что даже зубы себе готов выбить?

— Ага, — хохочет вместе с мамой малыш.

— Успеешь еще, — обнимает его мама, — а зубы выбивать не надо, смотри, какие они у тебя красивые!

 

 

Мамин живот

 

У Аззамчика случился внезапный приступ нежности. Он подходит к маме, обнимает ее и говорит:

— Мама, я тебя очень-очень сильно люблю!

— И я тебя люблю! Ты — мой сыночек, мой маленький принц, мой помощник... моя кровинушка...

— Кровинушка? Как это?

— Ты же когда-то жил у меня в животике, поэтому так говорят, ты — моя кровинушка. Ты — часть меня!

— Аааа, — улыбается мальчик, — я понял! Мама, я — твой живот!

Внезапное умозаключение сына маму рассмешило.

— Да, да, я же жил у тебя в животике? Значит я — твой живот, правильно?

— Нет, скорее, ты мое сердце ...и душа!

— Душа?

 

 

Попробуй разбери?

 

Аззамчик пришел со школы, переодевается.

— Мама, штаны куда положить?

— Если чистые — положи на тумбочку, а если грязные — брось в бельевую корзину...

— Мама, откуда я знаю, чистые они или грязные?

— Как это? — удивляется мама.

— Мама, я уходил, они были — черные, и сейчас они тоже — черные...

— Ясно, — смеется мама и добавляет, — но ты же взрослый и должен понимать, что черные и грязные — это не всегда одно и тоже!

 

 

Много энергии

 

Аззамчик с мамой и Даной пришел на море. Мама собирается сделать заплыв.

— Я с тобой, — бежит за ней следом Аззамчик.

— Нет, ты на берегу! Я одна поплыву!

— Почему? Я с тобой хочу! — прыгает за мамой в воду сын.

— Со мной нельзя, сказала! Давай, к берегу плыви!

— Я с тобой хочу!

— Нет, — продолжает и дальше плыть мама, — Ты нарукавники брать не захотел, доску плавательную — забыл. Я не собираюсь потом от буйков тащить тебя на себе!

— Мама, — по-прежнему не отстает от нее сын, — я энергию с собой взял! Много энергии, вот увидишь, я сам доплыву!

 

 

«Ничего страшного»

 

Дане исполнилось три годика, и из послушной и опрятной девочки она превратилась в маленькую разбойницу. Перестала слушаться, стала делать все по-своему, почувствовав себя взрослой. Какое замечание ей ни сделаешь, у нее один ответ: «ничего стлашного».

Как-то пришла из садика, а одежда вся в пятнах. Мама ее журит, а она: «ничего стлашного, постилаем...»

— Конечно, «постираем», — неодобрительно покачала головой мама, — но все-таки нужно быть аккуратней!

В другой раз Дана вернулась, а колготки все в дырках, мама снова возмущается, а дочка: «ничего стлашного, купим новые»...

А вчера пришла из садика вообще в чужой обуви:

— Даночка, это же не твои босоножки! — у мамы даже глаза округлились от удивления.

— Ничего стлашного, — с самодовольной улыбкой снова заявила девочка, — мы с Аей поменялись!

— Зачем? Так делать нельзя без разрешения взрослых. А я тебе не разрешаю меняться одеждой и обувью!

— Мама, ничего стлашного, — снова повторила свое любимое выражение Дана и грозно добавила, — я сказала!

Тут к беседе подключился Аззамчик:

— Дана, у тебя все ничего страшного! Свои вещи в садике пачкаешь, ломаешь, теряешь... А теперь еще и босоножками поменялась! Так ты завтра может с чужой сумкой придешь, а после завтра и вообще нас с мамой и папой на другую семью поменяешь?

— Длугую семью? — Дана даже улыбнулась от открывшейся перспективы, — Кочу... У меня будет новый дом... и новые иглушки... Я завтла сказу Ае...

— Нет, — строго остановил поток ее мысли брат, — завтра ты заберешь свои босоножки у Аи, а ей отдашь ее! А сейчас иди в угол и подумай хорошенько над своим поведением! Правильно, мама?

— Да, правильно, Аззамчик! — мама одобрительно посмотрела на сына, а затем расстроенно прислонила две ладони к щекам и покачала головой.

— Мама, извини, — тут же замямлила девочка, — я тебя люблю, и папу, я не буду вас менять как босоножки, холошо? — наконец-то осознала свою вину Дана.

— Хорошо, — ответил вместо мамы Аззам, — а пока в угол иди! Подумай, как себя вести надо!

— Подумаешь, ничего стлашного! Класивые босонозки... — опустив голову, таки побрела в угол Дана.

А что поделаешь? За самовольно принятые «взрослые» решения в таком юном возрасте приходится платить.

 

Сентябрь — Декабрь 2013. Хургада, Египет.

Татьяна Гоцак.

 1    16    15    14    13    12    11    10    9    8    7    6    5    4    3    2

Дневник наблюдений. Очерки о ЕгиптеРассказы — Наши мультиглотики —
ПьесыКирпичикиФотоальбом

Об авторе. Содержание раздела

Свежая информация Алексей Серебряков биография тут.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com