ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Евгений СТЕПАНОВ


АНТОЛОГИЯ ЕВГЕНИЯ СТЕПАНОВА — КНИГА ГОДА

 

Перепост с блога Нины КРАСНОВОЙ

krasninar.livejournal.com

20.10.2013, 20:09

Евгений СТЕПАНОВ. «Жанры и строфы современной русской поэзии. Версификационная практика поэтов XX и XXI веков».

Издательство «Вест-Консалтинг»

Подарочное издание в 3-х томах.

За эту книгу Е.Степанов был удостоен премии им. Дельвига

 

 

 

 

 

 

ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО СЕРГЕЯ КИУЛИНА

14 октября в Малом зале ЦДЛ состоялась презентация 3-х томной книги филолога и поэта Евгения Степанова «Жанры и строфы современной русской поэзии». Организатором презентации выступил Союз писателей Москвы.

Евгений Степанов рассказал о том, как стал заниматься стиховедением еще в студенческую пору, на факультете иностранных языков Тамбовского педагогического института, а потом продолжил — в аспирантуре МГУ и докторантуре РГГУ (на знаменитой кафедре сравнительной поэтики, где многие годы работал выдающийся филолог М. Л. Гаспаров).

В трехтомнике представлены стихи современных поэтов, написанные в следующих жанрах: одностроки, дистихи, катрены, терцеты, пятистишия, восьмистишия, сонеты, палиндромы, заумь и т. п. А также опубликованы статьи Степанова об этих жанрах и формах.

— Много лет назад я стал изучать параллельную, не мейнстримовскую поэтическую культуру России, публиковал и публикую поэтов в своих журналах — «Дети Ра», «Зинзивер», «Футурум АРТ» и др.. Только опубликовав их, я стал их изучать как филолог, — рассказал автор нашему корреспонденту.

На вечере выступили участники антологии — Кирилл Ковальджи, Константин Кедров, Евгений В. Харитоновъ, Нина Краснова, Владимир Коркунов, прозвучали песни в исполнении Виктора Попова, Ирины Голубевой.

Вел вечер патриарх русской поэзии, секретарь СП Москвы Кирилл Ковальджи.

В настоящее время Евгений Степанов продолжает работу над двумя дополнительными томами Антологии. Они будут посвящены уже не жанрам и формам, а конкретным современным поэтам.

 

Нина КРАСНОВА

Предлагаем вашему вниманию фрагменты выступлений участников вечера.

 

Кирилл КОВАЛЬДЖИ:

 

— Дорогие друзья! У нас сегодня особый, необычный вечер, событийный. Презентация антологии «Жанры и строфы современной поэзии. Версификационная практика поэтов ХХ и ХХI веков...»

Не каждый день, не каждый год и не каждое десятилетие появляются на свет такие антологии, как эта. (Кирилл Ковальджи показывает залу три тома. — Н.К.) И всё это — дело рук одного человека, Евгения СТЕПАНОВА, человека необыкновенного, человека возрожденческого типа. Он и поэт, и прозаик, и критик, и ученый, и литературовед, и энциклопедист, и редактор, и издатель... Он умеет делать всё, за что берется, он умеет всё, и он всё делает основательно, высокопрофессионально, и по-своему, по-новому. Он человек, не скованный никакими рамками, человек, не обременённый никаким давлением (сверху или снизу или откуда-то ещё), человек, обретший внутреннюю свободу, человек, глубоко и беззаветно любящий литературу и чуткий ко всему новому, что происходит в ней.

Вы видите его труд — в трёх томах — о современных формах русского стихосложения, о котором мы и будем сегодня говорить. Существует мнение, что русская поэзия оскудела в смысле формы и художественных поисков. Если просматривать наши традиционные толстые журналы и судить о поэзии по ним, то это так и есть, поэзия там бедновата в смысле формы, поисков, она в каком-то смысле устала, в ней нет того задора, который был когда-то, 100 лет назад. Но антология Евгения Степанова доказывает, что это не так, и что поиски новых форм в нашей поэзии продолжаются, и очень интенсивно. С массой имен, с массой удач, и пусть даже и неудач, но продолжаются, вы увидите это по его трем томам. Не секрет, что в западноевропейской поэзии, где много десятилетий преобладал верлибр, сейчас преобладает текст, заменивший собой верлибр, в котором была какая-то своя внутренняя организация, был свой внутренний ритм, были метафоры, а в тексте, заменившем собой верлибр, ничего этого нет, там есть просто интеллектуальные рассуждения о внутреннем мире человека (или о внешнем), но мало относящиеся к искусству, и при этом довольно скучные и, увы, не нуждающиеся в читателе. Вот в чем трагедия.

Мне приходилось участвовать в разных международных вечерах поэзии, где поэты охотно общались друг с другом, читали друг другу стихи, обсуждали их, но всё это — при полном отсутствии читателей. Я был в Румынии на международном форуме поэтов, ездил с ними по разным городам, но мы ни разу не встречались там ни с одним читателем!

В России, слава Богу, читатели пока есть. Пусть их стало меньше (их сейчас, пожалуй, больше в провинции, чем в Москве), но тем они стали ценнее для нас. Они группируются в разных тусовках. Скажем, в кружке из 10-12 человек, которые собираются каждый месяц и у которых есть своя иерархия, свои собственные «гении». Ну что же? Это тоже один из процессов развития нашей литературы. Русская литература молода по сравнению с европейской, и еще не исчерпана, и об этом говорит антология Евгения Степанова, которому я сейчас и передам микрофон, нашему имениннику!

 

Кирилл КОВАЛЬДЖИ прочитал свои стихи:

«Осознал. Содрогнулся. Привык»,

«При мне построили гостиницу «Россия», при мне — снесли»,

«СССР... совмещённый санузел рая и ада» и т. д.

 

Евгений СТЕПАНОВ:

— Попытки делать подобные антологии уже были у Сергея БИРЮКОВА. Я знаю его более 30 лет и имею честь называть себя его учеником. Сергей Евгеньевич Бирюков задал направление в работе... Я постарался продолжить его дело, выпустив антологию «Жанры и строфы современной русской поэзии. Версификационная практика поэтов ХХ и ХХI веков». Я тоже стал изучать различные поэзии формы: однострок, дистих, терцет,катрен, пятистишие, октава (восьмистишие), сонет, венок сонетов, верлибр, танкетка... Я считаю, что авангардные формы в поэзии  т р а д и ц и о н н ы, они были и раньше, и есть сейчас, и есть поэты, которые используют и развивают их в своей поэзии. Я напечатал этих поэтов в своей антологии. Это Сергей БИРЮКОВ, Константин КЕДРОВ, Елена КАЦЮБА, Слава ЛЁН, Кирилл КОВАЛЬДЖИ, Евгений В. ХАРИТОНОВЪ, Нина КРАСНОВА, Владимир КОРКУНОВ... Многие поэты зачастую не попадают в мейнстримное толстожурнальное пространство. Чтобы исследовать их поэзию, их надо было мне печатать. Я печатал и печатаю их в журналах «Дети Ра», «Зинзивер», «Футурум АРТ», «Крещатик», теперь ещё — и в «Зарубежных записках», который мы редактируем совместно с Даниилом Соломоновичем ЧКОНИЯ. А также в газетах «Поэтоград», «Литературные известия», «Есенинский бульвар»...

Для меня работа над исследованием поэзии не нова. Я окончил факультет иностранных языков Тамбовского пединститута. Всегда с интересом изучал теоретическую грамматику, поэтику, стилистику... Правда, занимался в основном немецкой и французской стилистикой. Но и русской стилистикой и поэтикой — тоже. В Тамбове я посещал литературную студию «Слово», руководителем которого был Сергей Евгеньевич БИРЮКОВ, он приобщал меня (и всех студийцев) к стиховедению. Не все пошли по его стопам. Но я пошёл. Хотя мог пойти и по иному пути. Я был в детстве-отрочестве спортсменом, чемпионом Москвы по хоккею с шайбой. Да, у меня были свои достижения в спорте. А я стал, извините, стиховедом. Это, конечно, сомнительная карьера для пятидесятилетнего мужчины, но другой карьеры у меня нет. Мои тренеры, мои друзья-спортсмены удивляются этому, говорят мне: «Неужели ты в этом что-то понимаешь?»

Еще я хотел бы сказать о тех поэтах, которые уже ушли из жизни, но остались в поэзии. О моих друзьях. Это Татьяна БЕК, с которой я дружил более 20 лет, это Валерий ПРОКОШИН, Александр ТКАЧЕНКО, Юрий ВЛОДОВ. О них я писал в своих книгах «Профетические функции поэзии, или Поэты-пророки», «Диалоги о поэзии» и в своей антологии «Они ушли. Они остались», куда я включил их стихи.

Можно много говорить о современной русской изящной словесности. Наверное, всё, что я знаю о русской поэзии, я написал в этом трехтомнике «Жанры и строфы современной русской поэзии».

 

Константин КЕДРОВ:

 

— Кант говорил, что его интересуют две вещи: звездное небо над головой и внутренний моральный закон в человеке. Меня тоже интересуют две вещи — эта антология и я в ней (улыбается, — Н.К.).

У нас есть ЕВТУШЕНКО и есть САПГИР, которые издали свои антологии. Подвиг Евтушенко и подвиг Сапгира. И есть каждодневный издательско-редакторский подвиг Евгения Степанова, который издал не только эту замечательную антологию, но постоянно издает литературные журналы и газеты, а также стихотворные книги.

Есть термин «неофициальная поэзия». Значит — есть и официальная поэзия? Но если она официальная, то это не поэзия! В антологии Евгения ЕВТУШЕНКО «Строфы века» – 800 поэтов. Но может ли быть 800 поэтов? Наверное, нет. Однако наше дело — собрать и сохранить то, что мы можем собрать и сохранить. А кто какой поэт, и кто поэт, а кто не поэт, пусть рассудит время.

У Евтушенко есть свойства собирателя, хранителя, понимателя поэзии. Они есть у Сергея Бирюкова. И они есть, как, наверное, ни у кого сейчас, у Евгения Степанова. Он собрал (под одной крышей) самых разных поэтов, все группировки. Показал широчайший спектр русской поэзии.

Я считаю, что я — вне группировок, я сам по себе. Но всё же существуют какие-то связи и сцепления между поэтами. И не всегда про поэтов скажешь словами Блока:

 

За городом вырос пустынный квартал

На почве болотной и зыбкой.

Там жили поэты,— и каждый встречал

Другого надменной улыбкой.

 

Правда и — в журналах кто-то из поэтов печатается редко. Потому что у нас в литературе есть «грозный судия», «румяный критик мой, насмешник толстопузый», который решает, кому печататься, а кому нет. И поэтому наша периодика — это не весь мир поэзии, а крошечная часть мира.

Кто-то считает, что сейчас плохое время для поэзии. А я считаю наоборот — что сейчас, как и в начале XX века, — прекрасное время для поэзии, и что сейчас — не упадок, а расцвет поэзии, как пишет в своем трехтомнике Степанов, расцвет всех жанров.

У нас идёт расширение метафизического горизонта поэзии. У Вознесенского — видеомы, у других — что-то ещё. Специалист по литературе ТАХО-ГОДИ говорит, что ничего нового в жанрах и формах новой поэзии нет... Палиндромы, анаграммы... всё это было в античные времена и во времена Симеона ПОЛОЦКОГО в XVIII веке, и еще раньше, что сейчас идёт освоение старых жанров и форм... Анаграммный стих — это не трюк. Библия написана анаграммным стихом, и все древние тексты. И мы это знаем. Но мы не задумываемся над этим.

Сапгир говорил: я бегу от поэзии. И ХОЛИН — гений минимализма — мог сказать то же самое. И ХЛЕБНИКОВ, и МАЯКОВСКИЙ... Потому что что-то, что считается у нас поэзией, на самом деле не является ею. Зачастую поэзия традиционных толстых журналов — это не поэзия, а монотонное словоговорение, «словесный понос», недержание речи, автоматическое письмо, «бурный поток» словоизвержения с рифмами, в котором нет ни поэзии, ни интонации и который смывает всё на своём пути и на пути которого надо ставить преграды, камни...

Что такое интонация в поэзии? Объективно это нельзя определить. Но мы знаем, что в поэзии есть интонации Блока, Пушкина, Маяковского, поэтов-шестидесятников, есть интонационные стихи. И что элементы интонационного стиха есть в анаграммах, в белых стихах, в верлибрах и в свободных стихах... верлибры и свободные стихи — это не одно и то же. Антология Евгения Степанова — очень важный труд, ценность которого будет возрастать и возрастать со временем. Там есть разные жанры поэзии, разные формы и приёмы, но их на самом деле ещё больше. Чтобы они все вошли туда, надо выпускать 6-томник.

 

Константин Кедров прочитал свои стихи:

Небо — это высота взгляда.

Взгляд — это глубина неба...

 

Евгений СТЕПАНОВ:

— Сейчас многие говорят об упадке интереса к поэзии. Но никакого упадка на самом деле нет. Поэзия востребована. Антология «Жанры и строфы современной русской поэзии» в магазине «Москва» стоит 1450 рублей, и её берут. Она стала бестселлером. В этой антологии продемонстрированы многие жанры поэзии... И заумь, и палиндром, и эпиграмма, и пародия, и неподцензурная частушка... Это всё наша русская поэзия. Жанр частушки в книге замечательно представляет Нина КРАСНОВА. Я её очень люблю, как поэта, и вообще... И сейчас при всех делаю ей признание в любви.

...............................................

Окончание

Отзывы на люминиры.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com