ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Елена ШУВАЕВА-ПЕТРОСЯН


ИНТЕРВЬЮ, ЗАМЕТКИ, ЭССЕ

Гурген ГАДАЧИК

«УПРОЩЕНИЕ ПРЕВРАЩАЕТ ЛИЧНОСТЬ
В БИОЛОГИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛ»

Гурген ГАДАЧИК — художник со своеобразным восприятием мира, который он выражает в изящных формах металлописи. Но это пришло позже... Окончив режиссерский факультет Ереванского Художественно-Театрального института, он проработал двадцать лет на телевидении. Член Союза театральных деятелей. Автор более 40 телевизионных постановок, более 80 фильмов и 60 фильмов-спектаклей. В 1990 году организовал единственный в своем роде видеоцентр «Театр», в котором хранятся почти 300 спектаклей, поставленных разными театрами за этот период.

 

— Гурген, недавно была вручена театральная премия, носящая имя покровителя данного вида искусства — царя Артавазда. Вы — автор эмблемы... Что она обозначает, и как возникла идея?

 

— Идея эмблемы принадлежит Акопу Казанчяну. Я лишь ваятель. Предложенную идею воплотил в нескольких вариантах, один из которых пришелся по душе Казанчяну. Золотая корона, зубцы — есть символы государственных основ, на этих столпах — маски — театры. Здесь все взаимосвязано.

 

— К металлописи вы пришли совершенно неожиданно...

 

— Изобразительное искусство меня всегда привлекало, но художник во мне спал. Как режиссер, я всегда завидовал музыкантам и художникам. Они наедине со своим искусством. А режиссеру всегда нужны помощники. Возможно, поэтому я создал свое направление и назвал его от своего имени гугизмом.

Начал я заниматься металлописью в тяжелые годы. Помимо желания самовыражения, это был такой своеобразный уход от трудностей в творчество.

Первая выставка прошла в Москве в Останкино, так как на тот момент я был приглашен на работу на канал МТК. Для меня открылся удивительный мир малых форм. Через металл можно передать даже настроение.

Меня вдохновляет многое — ассоциации, эмоции, фильмы. К примеру, Армения. Зима 1993 года. Нет света. На девятом этаже — стирка. Я изваял работу под аналогичным названием. Или 1996 год — два президентских противостояния, как итог — картина «Два быка».

 

— Проработав некоторое время в Москве, вы все равно вернулись в Ереван, причем в самые тяжелые годы. Почему?

 

— Мой дед Иозеф Гадачек в числе десятков тысяч поляков был выслан на Кавказ. Мец Парни, что недалеко от Спитака, — для него вторая родина. Он был фельдшером и оказывал помощь всем нуждающимся. Мой отец пережил землетрясение 1988 года, жил в палатке и отстраивал Ленинакан. Трагедия всех объединила. Я родился здесь, и Армения — моя родина. Хотя мой старший сын, брат-близнец живут в Польше, и у меня есть разрешение на проживание там, но остаюсь здесь. А сейчас переезжать в моем возрасте и оставлять все, что я уже сделал, а там начинать все с нуля... Нет, для меня это невозможно. Это как старое дерево пересаживать с корнями...

 

— Как в вас уживаются армянская и польская крови?

 

— По-моему, прекрасно... Но несмотря на это, эстетика, которую я создал, является европейской. Меня часто спрашивают — почему так мало армянского в моем творчестве? А как же Комитас, Леонид Енгибаров, Оган Дурян... Разве это не армянское? Даже в работе «Соседи» у меня отражены армяне и турки, а гранат — символ жизни. Я считаю, что искусство не должно быть сугубо национальным, оно должно быть понятным всем.

 

— Как определяете свое направление в металлописи?

 

— Я свое направление назвал «гугизмом», равняясь на всякие «измы». В шутку. От своего имени. Мои работы объединены тематическими циклами — «Театр», «Полет», «Балет», «Зодиаки», «Судьба» и т.д.

 

— Кстати, вы верите в судьбу?

 

— В какой-то мере да! Случайности играют большую роль в судьбе. Случайность — это дополнение и проявление необходимости.

 

— Почему в ваших работах так много шутов?

 

— Потому что только они говорят правду и очень выразительны.

 

— Расскажите о видеоцентре, который вы организовали и возглавляете уже более 20 лет.

 

— В 1988 году мы с бывшим директором программ Армянского телевидения Варужаном Акопяном обратились к Грачье Капланяну, который поддержал идею организации видеоцентра. Жизнь актера театра мимолетна. Занавес закрылся. А завтра ему придется снова доказывать, чего он стоит. В эйфории создания нового государства создавался и видеоцентр. На данный момент в Фонде видеоцентра около 300 спектаклей и много уникального материала об актерах. Я снимаю спектакли, потом снимаю фильмы об этих спектаклях и актерах, задействованных в них. Снимать спектакль — сложная работа. Здесь требуются знания драматургии, режиссуры. Актеры — мои любимые герои. «Мгер Мкртчян. Последняя роль»... И что интересно, его последний спектакль «Жена пекаря» есть только у меня. «Сос Саркисян. Продолжение», «Владимир Мсрян. Жизнь без начала и конца», «Оган Дурян. Уроки музыки». Я восстановил 57 симфоний великого дирижера. Провели мастер-класс. Оган Дурян дирижировал под фонограмму, а я это заснял. После этого я не мог смотреть симфонические концерты, так как воспринимал музыку исключительно через дирижера. Дирижер — это человек, который через инструмент передает душу и идею композитора. Это собиратель мира композитора.

 

— Какое-то время вы работали оператором при президенте...

 

— Да, с 1995-го я был оператором президента. Сделал много фильмов. Работать было интересно. Однажды нас пригласил Сапармурат Ниязов-Туркменбаши и повез делегацию в так называемый туркменский матенадаран, чтобы показать их ценности. И когда принесли одну раритетных рукописей, гид хотела объяснить, о чем в ней написано, но наш президент сам прочитал, что всех поразило. Снять такой кадр — это мечта оператора-режиссера. Но, как в любой работе, были и удачи и неудачи. У меня была идея — видеостудия президента, чтобы он каждую неделю выступал, выходил на общение с народом. Моя идея реализовалась частично. Я делал только 10% из того, что мог бы делать. Потом я вообще решил с политикой не иметь отношений. Истинных политиков мало. Есть либо неудачники-профессионалы, либо случайные карьеристы, которым в своей сфере нечего делать. И вокруг истинных политиков собирается много непорядочных людей.

 

— Каждый ваш фильм заканчивается кадром с закатом... Что это символизирует?

 

— Это мое пожелание гениальным людям нашего века — чтобы у них была красивая старость, достойный их жизни закат. Как это ни печально осознавать, но армяне не любят своих гениев. Неспроста так живуча армянская поговорка: умри — и я тебя полюблю. Это неправильно. Было бы аморально забывать гениальное. Я обязан был снять эти фильмы. И делал это практически бесплатно, ради идеи.

 

— Какой профессиональный урок вам дала российская столица?

 

— В Москве жизнь жестче и имеет законы. Постоянной работы не бывает. Нужно ответственно подходить к работе. Там нет случайных фильмов и кадров вообще. Профессионально я себя закалил именно там. После этой планки трудно делать плохую работу.

 

— Что можете сказать о наших днях?

 

— Сейчас идет упрощение всего, что приводит к вульгаризму, который, в свою очередь, к фашизму, жестокости. Упрощение превращает личность в биологический материал. Фестивали, концерты — это лишь показуха. Нужно развивать духовность. Но радует, что сейчас снимается много авторских фильмов, среди которых немало интересных работ. Но так трудно пробиваться начинающим режиссерам. По мере возможностей, я стараюсь помогать молодым. Так с режиссером Арменом Роновым мы сняли «Анну Каренину», которую скоро повезем в Питер на фестиваль «Послание к человеку».

 

— Что для вас является самой большой похвалой?

 

— Когда зрители смотрят и говорят: «А мы не знали, что Варварка или Неждановка настолько красивы... Надо пройтись...» Или: «Какая интересная жизнь была у этого актера. Нужно посмотреть его спектакли...», «все-таки какой талантливый был человек!»

 

— Ваши планы?

 

— Планов много, идей громадье. Хочу снять еще несколько фильмов о режиссерах и актерах. Но со временем все труднее делать фильмы без финансовой поддержки. Поэтому продаю свои работы и покупаю технику. Так много хорошего есть в жизни. И так жалко тратить время на второ- и третьестепенные вещи. Но, к сожалению, это понимание приходит с возрастом, когда уже успел потратить зазря достаточно времени. Сейчас каждый миг я стараюсь использовать плодотворно.

 

Беседовала

Елена ШУВАЕВА-ПЕТРОСЯН

Металлопись Гургена Гадачика

Буквы на камнях — Беседа с Гургеном Гадачиком — Вечер памяти Игоря Алексеева
Интервью с Ованесом АзнауряномВечер Ильи Тюрина в ЕреванеИнтервью с Ованесом Григоряном
Интервью с Кириллом КовальджиАндрей Битов
Интервью с Нелли Саакян«Нищий сказочник Юрий Аванесов»

НОВОСТИ КУЛЬТУРЫ
Буквы на камняхЖурнал «Армения туристическая...»

Об авторе. СтихиРассказы — Интервью, заметки, эссе — Переводы с армянского

Живопись на стеклеИнтервью с Е.Шуваевой-Петросян

Gazclub faq установка датчиков уровня.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com