ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Людмила ОСОКИНА (ВЛОДОВА)


Об авторе. Содержание раздела. Контакты

 

«ВОЙНА — ЖЕСТОЧАЙШАЯ ПРОБА!»
О военной книге Юрия Влодова

 

У поэта Юрия Влодова есть целая книга стихов о войне. Для поклонников его творчества, особенно для тех, кто знал его лично, эти стихи могут показаться не совсем влодовскими, могут явиться неким диссонансом к фирменной теме Влодова — к стихам из книги «Люди и боги».

Другие же, еще более отдаленные свидетели его жизни, даже книгу «Люди и боги» могут не знать, поскольку в те годы ее еще просто-напросто не существовало. Эти свидетели помнят его как подпольного поэта, читающего на квартирных вечерах диссидентские стихи, а также умопомрачительную лирику и стихи из книги «Портреты». Но именно в те годы — в 60-е—70-е, писалась как раз очень активно эта книга.

Некоторые стихи из этой книги всё же знали, в частности, «Жукова». Оно почему-то пользовалось большой популярностью, поскольку имело какой-то диссидентский подтекст, и все были в восторге от этого подтекста, правда я, как ни старалась, никак не могла понять, в чем он заключается. Ну может, это стихотворение более известно из-за созвучия со стихотворением Бродского «Памяти маршала Жукова». Хотела сказать одноименным, потому что так оно раньше и у Влодова называлось, но потом он решил название сменить. Наверное, оно было написано в качестве такой своеобразной полемики с Бродским, а иначе к чему бы Влодову такое стихотворение писать?

Изо всех военных стихов именно стихотворение «Жуков» попало в фокус и стало широко известным в узких кругах московской литературной богемы. И все, кто общался с Влодовым в те годы, помнят его и считают очень сильным.

Кстати, именно это стихотворение упомянул в своей книге «Записки из-под полы» известный критик Евгений Сидоров. Вот что он пишет.

 

«Поздно, только что, близко, в лоб столкнулся со стихами Юрия Влодова. Не известными диссидентским афоризмами из подполья хорош он. А стиховой отвагой, как вот в этом портрете маршала Жукова на фоне поверженного Берлина:

 

Хмелеет в припадке величья,

От славы — глухой и немой.

И шея — лиловая, бычья —

Надрезана белой каймой.

В гранитные латы его бы, —

Чтоб в камне остыл, пообвык!

Хмельной похититель Европы! —

Славянский распаренный бык!

 

Поступь стиха напоминает лермонтовский «Воздушный корабль», тут же след знаменитого античного мифа. Но какая своя, влодовская живопись, каков образ русского беспощадного Бонапарта, в котором сквозь крестьянскую плоть вдруг оживают дух гулевого боярства и тучная, нерассуждающая стать истории! Хорошо, ничего не скажешь. И как бы ответ (вровень) известному стихотворению И. Бродского».

 

Но основу этой военной книги составляют все-таки другие стихи.

Книгу эту пришлось составлять мне, у Влодова как всегда, всё было в беспорядке, и эту книгу он также составить не успел, да и не старался особо. Чем я руководствовалась при составлении? Мне опять же пришлось придерживаться хронологии войны, другого варианта просто не было.

В начале книги идут стихи о начале войны, далее — о ее развитии и кульминации, затем — окончание. Ну и можно чисто условно выделить стихи о предвоенном периоде, а также о послевоенном, итоги войны, так сказать, ее последствия. Я эти периоды разбила по разделам, чтобы легче было ориентироваться.

Как ни странно, тема войны очень подходит перу Влодова. Такая эпохальная трагедия, которой явилась Великая Отечественная война, требовала не менее эпохального пера, пера великого трагика. И этим великим трагическим поэтом и был Влодов, и в теме войны как раз смогла проявиться вся трагическая мощь его таланта. Можно сказать, что война и Влодов нашли друг друга. Войне требовался поэт великой трагической мощи, а Влодову требовалась великая трагическая тема, соответствующая уровню его дарования. И как раз такой достойной темой явилась тема войны. И хотя Влодов все время указывал на то, что это его военное детство подвигло его на написание этой книги, но дело, я думаю, не только в этом. Это была и его внутренняя потребность — писать на эту тему.

 

В военной книге Влодова представлена полномасштабная картина войны. Начинается она с легких светлых стихов о предвоенном детстве, о преддверии войны, о предчувствии, о замешивании ее там, в европах.

 

«Шипели праздничные фарши

В Берлине взвизгивали марши!

Вибрировал эфир...

И Сталин грыз мундштук устало

И, дабы, робость не пристала,

Грузинский пил чифир».

(Стих. «Гуляло лето по европам...»)

 

И вот это предчувствие войны, напряженность царит в стихотворении «Гуляло лето по европам...» Но оно пока еще разбавлено легкостью, беспечностью, детскостью.

 

«Гуляло лето по европам...

Там пастернаком и укропом

Пропахли городки...»

 

Вся эта идиллия какое-то время еще будет длиться, пока не грянет страшная война, перемесившая судьбы миллионов людей.

И вот на счастливое, безоблачное детство надвигается страшная мощь, что-то ужасное, какая-то жестокая, непреодолимая сила.

 

«Танки шли по Руси, придыхая,

Танки шли на восток по прямой,

И кричала дошкольница Хая:

Мамка, тракторы, ой!».

(стих. «Танки шли по Руси, придыхая...»)

 

И вот уже «Мама бела, как зима», и вот уже «От деда пришла похоронка...», и вот уже «Отец упал на гребне лета...» А в тылу, где дети, женщины, старики царит холод, голод, страх и слезы. И исчезнувшее в одночасье детство.

 

«А детство где? Ищи-свищи!

Засыпано бомбежкой...

А я в мороженые щи

Врубаюсь гнутой ложкой».

(стих. «А детство где? Ищи-свищи!..»)

 

В стихах о начале войны Влодов показывает свои личные детские переживания.

 

«Ведра веники, пеленки, —

Мир барачный,

Где расту я, тонкий, звонкий

И прозрачный».

(стих. «Ведра, веники, пеленки...»)

 

Или

 

«Во сне я, наверное, фашиста убью,

Носатого рыжего фрица».

(стих. «Теплушки похожи на низкий закат...»)

 

Впоследствии личность автора уходит, и предстает эпическое полотно войны, в то же время выраженное, запечатленное в каких-то неповторимых деталях. Вот, например, ополченец, профессор физмата, вышел защищать Москву, хочет помочь армии отстоять столицу. Но, к сожалению, одного желания мало, надо ведь еще и уметь воевать. А профессор настолько далек от реальной жизни, тем более, от жизни военной, что он даже матом ругаться толком не умеет, не то что воевать. И в результате:

 

Бьет из пушки профессор физмата,

Как заправский какой душегуб,

И невинное облачко мата

С черно-белых срывается губ.

Орудийная смолкнет болтанка,

И оттают потом, по весне,

Мертвый след непомерного танка

И лучистый осколыш пенсне.

 

Вот стихотворение о русском мате, который помогал русским воинам брать города.

 

Рождались в мальчиках мужчины

Спасал Россию род мужской

Взбухало знамя матерщины

Над медной бюргерской башкой.

(стих «Да, были Ожеговы, Дали...»)

 

Хочу заметить, что в этом стихотворении о мате нет ни единого матерного слова. Это я к тому, что настоящий художник слова, мастер, может всё нужное сказать и так, не заступая за границу дозволенного. Влодов это умел, мат в его стихах большая редкость, в основном творчестве его почти не встретишь, если только в каких-либо шуточных стихах, написанных для своих друзей и знакомых.

 

Вот стихотворение о солдатском обеде, который тоже имеет большое значение для победы на войне.

 

От солдатского обеда

В дни больших утрат,

И бессмертье, и победа

Всё зависит, брат!

(стих «Цыц! — ни аха и ни оха!..»)

 

Не забыта и фронтовая вошь, которую надо потравить, чтобы она не зажрала бойцов.

 

От Сталинграда до Москвы

Одежки мяли с хрустом

И посыпали густо швы

Непобедимым дустом!

(стих «Скосил глаза народный вождь...»)

 

(Если кто не в курсе, то «дуст — это такой специальный порошок темно-серого цвета, которым травили вшей и других насекомых).

 

Вот такие были фронтовые будни, фронтовой быт. И Влодов очень подробно и выразительно показывает его в своих стихах. Потому что сражения сражениями, но на войне еще нужно просто выжить, выжить к тому же в походно-полевых условиях, невыносимых для многих. Поэтому собственно сражения в этой книге почти не показаны, да и что о них можно написать? Что бойцы палили друг в друга? Ну и что дальше? Война показана опосредованно, через различные ситуации, положения, детали.

Вот стихотворение «Духовой оркестр», когда над полем брани, над Курской дугой, вдруг какой-то невидимый оркестр заиграл русский марш.

 

В необозримой Курской рани

Тот марш, солдатский, духовой,

Плыл, так сказать, над полем брани,

Окутан тайной вековой.

И отступил чванливый немец,

Внезапным ужасом движим...

 

Или вот даже ребенок, даже несмышленый малец, уже оказывает фашистам сопротивление, отказывается брать у врагов конфету, несмотря на то, что голоден:

 

Не возьму я вашу эту

Шоколадную конфету!

(стих. «Из-за тыновых гребенок...»)

 

Но все-таки война это в первую очередь смертельная мясорубка, на войне гибнут люди, «война — это жесточайшая проба!» и без смерти она не обходится. И эта гибель, и превращение потом погибших солдат в легенду, в памятники описана Влодовым. Приведу два самых сильных, на мой взгляд, стихотворения из этой книги.

 

* * *

Солдат любим седой старухой,

И молодой женой-стряпухой,

И малыми детьми...

 

Солдат врубился в голый пламень,

И превратился в голый камень...

Попробуй, обними!..

 

* * *

Сгорел в подбитом старом танке,

Останки вылизал огонь...

И мать на дальнем полустанке

В сундук поставила гармонь...

И прикорнула на лежанке,

Фитиль убавила на треть...

И снова сын в горящем танке!

Все сто ночей ему гореть!!

И тысячу ночей гореть!!!

Ни отдохнуть, ни умереть!..

 

События в книге движутся, идут, и вот уже появляется поворот на победу, на разгром врага.

 

Сначала вышел с ним курьез!

И осерчал Иван всерьез! —

Он всю Европу взял на мушку!..

(стих «Сначала вышел с ним курьез...»)

 

А далее и «Каунас, Таллин, Рига...»: «И «на соборе профиль прусский — благородный Бах». И вот, наконец, в логове врага, «в паучьих руинах Берлина» маршал победы Жуков «хмельной похититель Европы, славянский распаренный бык!» «на белом идет жеребце!»

 

Но конечно же, победа эта, такая необходимая, такая долгожданная, куплена ценой большой крови, ценой миллионов человеческих жизней, поэтому победа эта «со слезами на глазах».

 

Как ни странно, Влодов в этой своей военной книге является более военным поэтом, чем все военные поэты вместе взятые. Почему так получилось? Наверное, потому, что практически все военные поэты, поэты Великой Отечественной, это бывшие фронтовики, люди, побывавшие на полях сражений и порой прошедшие эту войну от края до края, от начала до конца. У них есть внутренняя вовлеченность в эти события, сильная эмоциональная реакция на них. А такая реакция, как ни странно, мешает видеть происходящее.

Влодов, с одной стороны, вовлечен в войну своими детскими впечатлениями, а с другой, и отстранен от нее настолько, чтобы видеть события, либо представлять их более объективно, что ли.

У него эпическая картина войны, а не лирическая, внешняя, а не внутренняя, он видит события не как наблюдатель, стоящий на земле, он видит эту картину как бы с воздуха, с высоты птичьего полета, что помогает обозревать ее более масштабно. Но периодически он снижает высоту и видит, а также и показывает некоторые события и детали их крупным планом, но опять же как сторонний наблюдатель, а не как вовлеченный непосредственно в процесс. И это дает удивительные результаты. Автор, как лирический герой, как участник событий, полностью устранен, вместо него говорит сама война, сам народ, попавший в ее жестокую мясорубку. Говорит само время, сама эпоха, сама история. Разыгрывается глобальная человеческая трагедия.

Эта книга в первую очередь о войне Великой Отечественной.

Но эта книга в то же время не только о той войне, она и о войне в принципе, где бы и когда бы эта война ни происходила. Думается, что такие темы и такие книги будут актуальны всегда.

сентябрь 2014 г.

 

РЕЦЕНЗИИ

Эмиль Сокольский о книге Юрия Влодова «Летопись» в № 6 журнала «Дети Ра». Анастасия Ермакова (Литературная газета). «Шинелями пахнут стволы тополей»

Александр Карпенко. О книге Юрия Влодова «Летопись»

Людмила Осокина. «Война — жесточайшая проба!» О военной книге Юрия Влодова

Людмила Осокина. «Ни отдохнуть, ни умереть». Летопись войны невоевавшего Юрия Влодова

Страница Юрия Влодова

Юрий Влодов в книгах, статьях и воспоминаниях

Раздел Людмилы Осокиной

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com