ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Марина МАТВЕЕВА


Об авторе. Контакты. Новые стихи

СОЛНЕЧНОЕ ДНО
Цикл стихов

 1    2    3

* * *

 

Белы лебеди метут воронью под стать...

Белену ли на спирту, спорынью хлестать...

То ли небо, то ли лють посинелая...

Из того, кого люблю, Бога делают!

Марш молиться, где стезя вьётся гречески...

Мне теперь любить нельзя человечески.

Только ангелово пасть — древней Башнею.

И страдание, и страсть — в корне — страшное...

Возносись, несмейный Дух, крылья белые...

...если свет уже потух, что тут делаю?..

Что тут делаю? Края раны тошные!

 

Не отдам его раям и святошникам!

Ни кострам и ни мечам, ни обителям!

Он не станет палачам искупителем!

Этим сахарным устам (хлыст и коновязь!)

кто переписал Устав под иконопись?

Кто назвал его святым — выйди из строю!

Из пожара вынешь ты ярой искрою —

не потир (в зубах держи!), не облатицу, —

ясноглазую, как ЖИЗНЬ, святотатицу!

...Даже если я одна среди этаких,

значит, выпьется до дна (сердце_секта_их)

чаша горькая... Разбить!

В лично-вечный скит

ухожу его любить

человечески.

 

 

* * *

 

И уже закрыто-затаено...

И молитва станет темна

Бхагавану Сурье Нараяну

в немоту ночного окна.

Смотрится на жизнь по-хорошему,

смотрится на смерть свысока.

Катится Вселенной горошина

мимо несвятого виска.

А вокруг — святые-рассвятые...

Плачут и поют небеса...

Так легко сбываться проклятиям —

будто сотворять чудеса.

Ходит аватар по околицам,

исцеляет слабых калек, —

только сильных, тех, кто не молится,

оставляя яростный след,

гасит, как лампады. Мгновение —

и в молитве станет темно...

Нужно лишь одно дуновение,

только дуновенье одно...

Всё равно на жизнь — по-хорошему!

Всё равно на смерть — свысока!

...Вот лежит Вселенная брошенно

возле несвятого виска.

 

 

Эгоисконное

 

Прости меня за то, что ты мне сделал.

Хоть сам себя спаси и сохрани.

Ведь оба — сгустки эгобеспредела.

Земная ось. Ломающий магнит.

Таких, как мы — младенцами вбывали

за мудрых глаз чумную глубину,

за пальчики из блеска готовален,

чертящие квадратную луну.

Да что луна! Трёхмерности шатая,

идёт душа сквозь тучи напролом,

пугая ангелов пушистых стаю,

к Творцу на диспутический прием.

Потом уходит, створкою шарахнув,

ногой оттопав сказанное им.

Из ножен — рыбоиглую Арахну! —

ткать личный мир! — покуда нелюдим.

Ткать для... кого-то. Но они едва ли

бойцы — для этой нутряной войны,

что фреску белокаменной печали

набьёт превыше белочек земных,

поверх икон. Идиосинкразия

Вселенной. Водка царская. Лимон.

Прости, что для меня ты не Мессия.

Но и не идолопоклонник мой.

 

Мышль, изо снега слепленная кошкой,

растает от малейшего глотка

тепла, — здесь будет голод — черпай ложкой! —

покуда истина не съест. Лакать

галактику ковернутой каверной...

Хочу себя! Небесная кровать...

Я никогда тебе не буду верной,

пусть даже, изменяя, станет звать

живое пламя гаслая лучина,

социопатски рявкая: весла

всем девушкам! Ко мне вот — немужчина.

Да и к тебе неженщина пришла.

 

Но как бы ни кололи наши очи

долги, стереотипы и фыр-чадь

бабья, — я о тебе не позабочусь,

а ты меня не станешь защищать.

Тебя ограбят, изобьют, расстригнут —

я так же не взобью в колокола,

как ты по мне, когда рысак ноль-три на

моей судьбе закусит удила.

 

И это так же верно, как собака.

И это так же громко, как молчит.

Эгоисконной нежности атака...

Покуда смерть — нигде! — не разлучит.

 

 

* * *

 

Никуда от кармы, Етит, не деться:

от души, от кризиса, от войны.

Люди переходят в режим младенца:

мне-дай-дай! — и писаются в штаны.

Хочется на солнце и петь акулам.

Хочется на дереве рыть канал.

Но, Етит, наставлены наши дула:

кто сейчас расплачется, — тем хана.

Понятийно мыслить или картинкой,

доглубинно познана суть вещей.

Мировые матерные инстинкты:

всех послать подале и покрепчей.

Потому что маленьким — так сурово....

Слабеньким так плохо — что всё сожрут.

По теченью Ганги бредёт корова.

Мама мыла Раму, священный прут.

Вот, Етит, какая у нас харизма:

маленькие мамы глобальных ляль.

Сущее Победы, и декабризма,

и другого умного ля-ля-ля.

Материнство — миленькая задача:

внутренний десантник сует цветы

в дула пушек — или совсем иначе:

расстреляет первым — не детствуй, ты!

Не страдай, не майся, не хлюпай, няшо,

не реви, не вешайся, не проси.

Сердце было наше. И жопа — наша.

Это наше тело святой Руси.

 

 

provintiaЛИТs

 

Если ты умный здесь — явно привычный

враг каждой дуры и кожна осла.

«Что же у вас тут так не по-этично?» —

Муза спросила и сразу ушла.

 

Ох, не антично нам! Охлократично.

Охло решает и премий даёт.

Охло за охло. И будет ох, лично! —

там, где Отлично, — там каждый койот

 

мявкнет. И капнет. И ямку подроет,

встретившись в ней с одноглазым кротом.

Милые, милые, все вы — герои!

Вы — не прощайте! Поймёте потом.

 

Духовные люди

 

Духовные люди хамят недуховным,

как тётки с базара, а то и похуже.

Наверно, решили: поскольку духовны,

то можно нам всё — да спасёт ваши души.

 

Вы грешники, тёмные, злые неверы,

продажники душ, слабаки, не твердыня.

А бог... Или боги... Да станут примером

для вашего роста — и присно и ныне.

 

В себе убивайте поганое эго.

Ищите её, эту странную — «душу».

Плывите за богом по небу без брега,

в телах изживая желанную сушу.

 

Бывало. Плывала. Вокруг временами.

А чаще по векторной функции бога.

Но вот ведь какая оказия с нами —

война. И небес очень много. Так много! —

 

особенно тех, из которых снаряды,

особенно тех, из которых убийцы,

особенно тех, что живущего рядом

звереют, сдавая в рептилии-птицы.

 

Духовные мысли... Духовные взгляды...

«Разгневались боги — любили их вольно».

Духовные люди, подайте мне яду —

для вытравки «эго», которому больно.

 

Когда ты духовен, то всё тебе боже —

и гибель детей, и бабьё в камуфляже...

Духовные люди, подайте мне ножик —

пускай мое сердце на жертвенник ляжет!

 

Да только и это ничем не оденет,

и зря изойдёт (паки крестные страсти?)

Духовные люди, подайте мне денег —

слаба. Не осилить духовное счастье.

 

 

Агрессор

 

Работа, работа.

Дела, дела.

И нет ничего.

Инда жизнь прошла.

А где-то Арджуна общается с Кришной.

А где-то Печорин — богатый и лишний.

Учила, учила.

На пять, на пять.

И нет ничего.

Весь филфак — и падь.

И снова бухгалтер общается с боссом.

Царапает принтер «Отчет по испо... сумм...»

Закончился картридж.

Серым серо.

И нет ничего.

Как дыро — зеро.

А где-то любовию бедная Лиза —

её бы проблемы. Мои бы сюрпризы

бедняжке, бедняжке.

Берым бери!

И нет ничего.

Кроме фонари.

И в микроволновке забытыя пиццы.

Да вот бы со мною хоть что-то случится!

В подъезде, в подъезде.

Маньяк, маньяк.

Заеду цитатою

из Чут Ньяк.

Очки подбирая разбитые с пола:

«Блестяще, мадам! Нашей кафедры школа!»

Окончание

Циклы стихов, 2013-17:
Солнечное дно — Сову на глобусПогубьеХристинаЭпическая сила и другое

Стихи до 2013 года

Поэзия — «Переведи меня через себя»Заметки, рецензии

Об авторе. Контакты. Новые стихи

Лика Сладковская. «Есть у безграничности начало, нет у безграничности конца».
Рецензия на стихи Марины Матвеевой

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com