ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Мария МАЛИНОВСКАЯ


Об авторе. Новые стихи

 1    2    3    4    5    6    7    8    9    10    11 

 

 

* * *

Был дом на свете. Есть он и сейчас.

Я под его стеной стояла долго.

К ней мчалась годы — и стояла мчась,

Летя в оцепенении осколка.

 

И я стояла под его стеной

Осколком, не умеющим вонзиться

В звонок дверной, в простой звонок дверной,

На остриё глядящий, как зеница.

 

Был дом... И есть... Завещанный не мне.

Но знала, равнодушно уезжая,

Что жизнь моя стоит в его стене,

А за стеной, а в доме — жизнь чужая.

 

А за стеной... Что было там? Бог весть...

Дань прошлому — одно из суеверий.

Ведь что бы ни было — оно уже не есть...

И нет меня у отпертой мне двери.

 

 

* * *

А я топлю в себе щенка...

Идёт отчаянная пляска!..

Топлю тоску: восторг и ласка

Погибли прежде — от пинка.

 

И бьются, бьются, бьются лапки,

И кверху рвётся голова...

Как я сама ещё жива

С душой безумной старой бабки?..

 

Топлю щенка... Из-под воды

Ещё как будто смотрят глазки...

Но после этой страшной пляски

Останутся твои следы!

 

Твои следы... да клочья ила...

И всё убила. Я чиста.

И лишь с нечистого листа

Прочтёшь о том, что прежде было.

 

...А я, дождавшись дня, когда

Во мне утопится старуха,

Прощусь с тобой предельно сухо —

И в третий раз плеснёт вода.

 

* * *

Принеси попить — и не надо звёзд. —

В чудеса твои безоглядно верю.

Принеси попить. Молчалив и прост,

В комнату войди, робко скрипни дверью.

 

Не являйся мне — чуда не твори,

Просто подойди с неказистой чашкой.

Просто поверни ручку на двери,

Легче чудеса — ручка будет тяжкой.

 

Обними меня, посмотри, как пью,

Посмотри, как зло... посмотри, как худо...

Просто прикоснись к бабьему тряпью,

К смятым волосам — это будет чудо...

 

И тогда уйди. Нечего беречь.

Чашку уберу в прочую посуду.

На Земле легко — тяжче после встреч

Дорогих, земных радоваться чуду...

 

 

* * *

Я твоя неимоверная...

С этой бедностью, и бледностью,

И пугающей бесследностью...

Я тоска твоя вечерняя...

Я твоё успокоение...

Море, мачта корабельная,

Парусная колыбельная,

Дня июльского успение...

Я твои причалы-гавани,

Я твои печали-плаванья

И твоя невеста славная,

Но не в платье — в белом саване...

Но Другим себе завещана,

На святой алтарь положена,

То есть, грубо навзничь брошена —

Не как жертва, но как женщина...

Я твоя — Мария... Кто же ты?

Кто же сын мой? Но по Библии...

Так ли было?.. Да и было ли?.. —

Жизни наши прежде прожиты...

 

 

* * *

Ты со мной говорил. Я кричала. От боли твоей.

Сумасшедшая память качалась на грани обвала.

Всё прошедшее, мёртвое вдруг на письме оживало,

А живое при нём становилось мертвей и мертвей.

 

Мы смотрели на камень, который хотел стать бесплотным,

Но так жалко, уродливо, страшно, постыдно лежал...

И от крови был чёрен, был чёрен и даже не ал,

Всё равно оставаясь безжизненно, прело холодным.

 

Ты со мной говорил. Перед небом стояла свеча,

Поджигая его неизбежным осенним рассветом.

И, горящее заживо, небо не знало об этом,

Простирая к земле два сцеплённых в молитве луча.

 

Дал мне жизнь подержать. Я её уронила нарочно.

И она запищала пугающе розовым ртом.

Как и небо, увы, совершенно не зная о том,

Ты шептал, умирая: «Родная, держи осторожно»...

 

Мы смотрели закаты, и ночи, и тысячи слов...

Я уже, подстрекаема ветром, склонялась по звёздам.

Посчитав горизонт подходящим для казни помостом,

Так склонялись десятки снесённых до казни голов.

 

Как со склона горы ледяная лавина несётся,

Ужасающим оползнем память сходила с ума...

Ты от боли кричал. Я с тобой говорила сама.

И погасшая свечка опять зажигалась — от солнца.

 

 

* * *

Жажда лёгкого озноба

И влечёт, и держит нас:

В жизнь твою ворвусь — и оба

Разобьёмся сей же час!

 

Выбираю объездную,

Но невмочь нестись одной...

Если жизнь твою миную —

Разобьюсь на объездной!

 

 

* * *

Нет уже ни сил, ни воли, боль же

Видится отдельно, наяву...

Ни искать, ни ждать не буду больше —

Только остров этот подорву.

 

Все часовни, все скиты монашьи,

Перед ширью русской — эту узь...

Подорву — за веру — в дали наши,

За твоё «Я знаю. Не боюсь».

 

Всколыхнутся скованные воды,

Затрещат и разлетятся льды,

Алтари и храмовые своды.

Колокол пробьёт из-под воды...

 

Прерванный на сотом «Аве Отче»,

Местный старец, всё слабей гребя

И вмерзая в беспросветность ночи,

Сдавленно закончит: «Чтоб Тебя...»

 

Страшен север лютостью осенней,

Но, чудесно к берегу влеком,

Ты поймёшь: молился о спасенье,

Сам не понимая — о каком...

 

 

* * *

Глаза открываю — землями:

Моря солоны вокруг.

Какими дурными зельями

Любимые поят с рук...

 

Я в пурпурном платье, белое ж —

Напрасный портняжный труд.

И что ты по храмам делаешь?

Такие там лишь крадут.

 

В последнем твоём апреле ведь

Не в море ушла вода.

Я буду тебя расстреливать

За каждое «навсегда».

 

 

Горечь

 

Горечь-горечь, откуда ты родом?

Зародилась в какой стороне?

Что шатаешься с песенным сбродом,

Что всегда забредаешь ко мне?

 

Вдруг сумею помочь ненароком,

Вдруг тебе полегчает со мной?

Проходи же, не стой за порогом

Наподобие славы дурной.

 

Горечь-горечь... а ты по дороге

Не столкнулась со счастьем моим?

Совпадают извечные сроки,

Да и путь был отвеку прямым.

 

Был прямым... да способен на петли.

Может быть, он совсем уж не тот.

Ты уходишь, родная? Помедли...

То страшнее, что следом придёт.

 

 

* * *

Не мешкай же, смелее, жизнь! Иди!

Беги, как девочка, — никто и не узнает...

Не всё ведь оставаться взаперти,

Твой дом лишь там, где он тобой не занят.

 

Беги, как вор, как лютый зверь, беги,

Беги солдатом на потеху строю —

Когда лишь в отдалении враги.

Чтоб не смущалась, я глаза закрою...

 

Закрыв глаза, увижу всё равно,

Как пробегаешь... в детском... помню... это ж...

Но нет — во взрослом... помню... и оно —

Уже не платье: миг — и только ветошь...

 

Увижу всё: от неоткрытых сфер

И брошенных распахнутыми высей —

До тех шальных, блистательных афер,

Что делала из данных Богом миссий...

 

Не медли, жизнь! Отбывшее — в отбой!

Ступай-ка лучше к моему герою,

К тому зайди, кто был мне всей тобой...

Ступай скорей, а я... глаза закрою.

 1    2    3    4    5    6    7    8    9    10    11 

Стихи — ПрозаФотоАудио-интервьюАвторская мелодекламация стихов

Владимир Коркунов. «Сюжетные метаходы» в «Капсуле времени» Марии Малиновской

Игорь Лукашёнок. Рецензии на стихотворный цикл «Memoria» и книгу «Гореальность»

Анатолий Аврутин. «Свет под прозрачной рукой...»

Владимир Коркунов. «Женщина внутри своего тела»

Творческий вечер Марии Малиновской и Владимира Коркунова

Игровой манеж CHICCO детский манеж в ИНТЕРНЕТ МАГАЗИНе.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com