ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Игорь КУНИЦЫН


Фото с сайта Дом Ильи

Игорь Николаевич Куницын, 1976, родился в г. Печоре.

Окончил Медицинский институт в г. Архангельске и Лит. институт им. Горького (семинар Г.И. Седых, поэзия).

Финалист Илья-премии 2003.

 

Плавучее кафе

Когда в округе тихо и печально,

На набережной шумно до зари.

Звучит шансон, и волны бар качают,

И полночь освещают фонари.

Я слишком пьян, мне весело покуда

Я слышу монотонный разговор.

На столиках катается посуда,

Оставшаяся целой до сих пор.

Напротив спят уставшие матросы.

Над нами шум, веселье, и туман.

Нас, кажется, течением уносит

Стремительно в открытый океан.

Меня к утру толкнёт официантка,

Положит счёт, и тихо отойдёт.

Мне вспомнится как звонко и как сладко

Я ночь провеселился напролёт.

Сойду по трапу шаткою походкой

На спящий берег в утренний рассвет,

Жаль одного, что ночь была короткой,

И в пачке не осталось сигарет.

 

* * *

Белым морем, Белым морем,

Вброд по белому песку

Я ушел, и вышел вскоре

На далеком берегу.

За спиной оставил снеги

И панельные дома,

Где другие человеки

Сходят медленно с ума.

И друзей оставил тоже,

На прощанье не сказав,

Что назад вернусь, быть может,

Не вернусь уже назад.

 

* * *

Я недалек от детства своего,

Но нет защиты прежней у меня.

В больших полях, где прятался легко,

Пасется скот, и косами звенят.

Горит костер, как раньше, у реки,

Разложен ужин в доме рыбака,

Ночь глубока, и ели высоки,

И звезд не счесть, и удочка в руках.

 

Чего-то жду, и всматриваюсь в даль,

Прислушиваюсь к звукам на воде,

Мне все равно не деться никуда,

Мне, так как здесь, не радостно нигде.

 

* * *

По колено в воде я гуляю с удой,

Захожу в камыши и осоку,

Словно маленький бубен, луна надо мной

Тонет в небе глухом и глубоком.

Клев закончился, значит, настала пора

Возвращаться к стоянке рыбачьей,

До рассвета дремать на траве у костра,

Спрятав нос в телогрейке горячей.

Может быть, не исчезнет полночный табун,

Появившийся тихо и странно,

Может быть, я как древний таежный колдун

С лошадьми над протокою встану.

Настороженным взглядом уставлюсь во мглу,

Позабуду людские повадки,

Стану ржать в тишине, и хрипеть на скаку,

И нестись по полям без оглядки.

Я хотел бы остаться таким навсегда,

Но уходит табун от обрыва,

Под которым искрится ночная вода,

И костёр колыхается гривой.

 

* * *

Сонный город спать ложится,

День кружиться перестал.

Мне же, бедному, не спится,

От бессонницы устал.

Выйду в кухню, выпью чаю,

Закурю, возьму тетрадь —

Мама, мама, я скучаю,

Не могу ни есть, ни спать.

Осень поздняя без снега.

Холода — не холода,

В ноябре в усталых реках

Глухо движется вода.

Листьев нет, деревья дико

Завывают на ветру,

Ночь безлунна, даль безлика,

И туманна по утру.

 

* * *

Ваш верный товарищ, я волны тревожил

Веслом, но я умер, и нету меня.

Предайте, чтоб не был забыт я и брошен

Огню моё тело, желаю огня.

И так отвечал Одиссей хитроумный —

Прости меня, друг мой и брат Эльпенор,

Мы с плеском покинули воды лагуны,

Не вспомнив о смерти твоей до сих пор.

Тебя же любовью к отсутственным милым

Молю я, на то отвечала душа.

Насыпьте мне холм над моею могилой

Воткните весло, я уйду не спеша.

О гибели мужа для поздних потомков

Весло это будет как памятный знак

На острове диком стоять одиноко

Вдали от всего, что мне дорого так.

Дурацкая смерть не под стенами Трои

От стрел Аполлона, сорвавшись с коня

Погиб я, я умер свалившийся с кровли

На землю Цирцеи, и нету меня!

И нету меня!

 

* * *

Мне был нужен ваш случайный

Удивительный звонок,

Я сидел с холодным чаем

Молчалив и одинок.

«Да, алло», —

ответил спешно,

Вышел с трубкой у виска

В тишину, где воздух снежный

Для меня спасеньем стал.

«Куня, Куня, где ты ходишь?

Много ль песен написал?

Макс женился. Леху помнишь?

Леха менеджером стал.

Вовка машет старым флагом —

«Водник» снова чемпион.

Я работаю в Талагах.

В общем, все у нас путем.

Куня, Куня, будет время,

Навести хотя бы раз

Нашу северную темень,

Где последний свет погас.

Где холодными ночами,

Пусть не часто, иногда,

Выпив водки, мы скучаем,

Ты, наверно, тоже»? — «Да».

 

* * *

Мне видится детство, все чаще и чаще,

В котором иду, задыхаясь от счастья,

Навстречу стихиям таежным

Отец продвигается тоже.

Мы встали пораньше, серьезное дело,

От холода в кухне окно запотело.

По полю до речки, по речке на лодке,

Как взрослый, на веслах сижу посередке.

Когда я гребу — упираются волны,

Качают, и хлещут хвостами по борту.

«Ход полный!» — до хруста, до мышечной боли,

Всем телом, всей волей, ладони смозолив.

И я налегаю, хоть это непросто,

На толстые, толстые, толстые весла.

Все после — слова, разговоры.

Серьезные люди — поморы.

Потом, может быть, рассказать, намекнуть

О том, как отец мне указывал путь,

Как носом таранили черные бревна,

В тумане плывущие призраки словно.

Как я ликовал, когда вышли на берег,

Ладонями рыбу холодную мерил,

Как рядом с осокой мы ставили сети,

Чтоб завтра вернуться сюда на рассвете.

О том, как домой возвращались на лодке,

А в лодке на веслах отец посередке,

Как я засыпал, убаюканный качкой,

Как я просыпался от лая собачьего.

Доплыли, дошли, донесли, и упали

Я в кухне на лавке, отец на диване,

Очнулись от запаха рыбного блюда,

И хором спросили: «А рыба откуда?»

 

* * *

Мне ваши морозы, зима, нипочём,

У самого белого моря

Морозоустойчивым стал я врачом,

С ветрами холодными споря.

Надел на себя белоснежный халат,

Из корпуса в корпус, под снегом и градом,

Как брат или ближе, туда, где болят

Я шёл, начиная работать медбратом.

Ходил по палатам, на руки дышал,

Их грея, потом прикасался к больному.

Больной отвечал: «Не на месте душа,

И трудно привыкнуть к порядку такому.

Мне некогда здесь отдыхать как в Раю,

Я им говорил, докторам, неохота.

Они мне кивают на ногу мою —

Недельку и только, берясь за работу.

Бинтуют и мажут. Другой умолял:

«Спасения нету от почечных колик».

Я руку ему терпеливо сжимал,

Принять помогая таблетку от боли.

Пропахнув лекарствами, ехал домой

В трамвае дрожащем, холодном и скучном,

Рифмуя халат, и болят, и больной,

Как чокнутый, рот открывая беззвучный.

На завтра учёба, больница и дом,

И новые строки, пронзая до колик,

Как боль, и напротив, как тысячи тонн

Лекарств, заглушающих приступы боли.

 1    2    3    

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com