ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Евгений КУДРЯЦ


http://kudryats.journalisti.ru/

Родился в Харькове в 1969 году. По основной специальности — хормейстер. На Украине работал в СМИ, был корреспондентом ряда украинских изданий. Взял более 30 интервью, в том числе у Михаила Марфина и Николая Фоменко, подготовил несколько телевизионных сюжетов.

В Германии (город Аугсбург, Бавария) — с 1997 года. Печатается в периодической русскоязычной прессе, размещает статьи в Интернете на сайтах: www.emigrant.ru и www.vorota.de и др. Является автором документально-публицистической повести об еврейской эмиграции в ФРГ — «Инвалиды 5 группы», которую можно прочитать в Интернете по адресу: http://zhurnal.lib.ru/k/kudrjac_e_w/behiderte.shtml

Обезьяний язык

(Подражание Михаилу Зощенко)

 

Трудный этот русский язык, дорогие граждане!

Беда, какой трудный.

Главная причина в том, что иностранных слов в нем до черта. Ну взять хотя бы немецкую речь. Все хорошо и понятно. «Was ist das?»*, «Ich weiss nicht!»**, «Hаnde hoch!»*** — все, обратите ваше внимание, чисто немецкие, натуральные, понятные слова.

А нуте-ка, сунься теперь с русской фразой — беда. Вся речь замусорена словами с иностранным, туманным значением.

От этого затрудняется речь, нарушается дыхание и треплются нервы. Я вот на днях слышал разговор. Дело было в Думе. Депутаты разговорились.

Очень умный и интеллигентный разговор был, но я, человек без «верхнего» образования, понимал ентую галиматью с трудом и только щелкал клювом. Началось дело с пустяков. Депутат от аграриев, немолодой уже мужчина с бородой, наклонился к своему соседу справа и вежливо спросил:

— А что, заседание будет по фракциям али как?

— Али как, — небрежно буркнул сосед.

— Ишь ты, — удивился первый, — то-то я и гляжу, что такое? Как будто оно фракционное.

— Уж будьте спокойны, — строго ответил второй. — Сегодня кворум такой подобрался — только держись.

— Да ну? — спросил сосед. — Неужели и кворум подобрался?

— Честное слово, — сказал второй.

— И что же он, ентот кворум?

— Да ничего, — ответил сосед, несколько растерявшись. — Подобрался, и все тут.

— Скажи на милость, — с огорчением покачал головой первый сосед. — С чего бы это он, а?

Второй сосед развел руками и строго посмотрел на собеседника, потом добавил с мягкой улыбкой:

— Вот вы, небось не одобряете эти заседания по фракциям... А мне они как-то ближе. Все как-то, знаете ли, выходит в них индиффирентно повестке дня... Хотя я, прямо скажу, последнее время отношусь довольно неадекватно к этим собраниям. Так, знаете, трансформация из пустого в порожнее.

— Не всегда это, — возразил первый. — Если, конечно, в этом аспекте рассматривать, в ентой конфигурации, то — да, трансформация конгруэнтная.

— Конгруэтно-консеквентная, — строго поправил второй.

— Консеквентно-эквивалентная, — согласился собеседник.

— Это я тоже допущаю. Параллельно. Хотя как когда...

— Всегда, — коротко отрезал второй. — Всегда, дорогой коллега. Особенно если после речей проекция заварится минимально. Дискуссии и крику тогда не оберешься...

На трибуну взошел человек и махнул рукой. Все смолкло. Только соседи мои, несколько разгоряченные спором, не сразу замолчали. Первый сосед никак не мог смириться с тем, что проекция заварится минимально. Ему казалось, что проекция заваривается несколько иначе.

На соседей моих зашикали. Соседи пожали плечами и смолкли. Потом первый сосед наклонился к второму и тихо спросил:

— Это кто ж там такой вышедши?

— Это? Да это лидер нашей фракции вышедши. Очень острый мужчина. И оратор сильнейший. Завсегда остро говорит по повестке дня.

Оратор простер руки вперед и начал речь. В ней он говорил о реальном секторе экономике и дефолте, о конфронтации парламента и правительственных структур, об электорате, рейтинге и демонополизации, о популизме и лоббизме, а также о многом другом. И когда он произносил надменные слова с иностранным, туманным значением, соседи мои сурово кивали головами. Причем второй сосед строго поглядывал на первого, желая показать, что он все же был прав в только что законченном споре.

Трудно, граждане, говорить по-русски! 

__________________________________

* (нем) — «Что это такое?»

** (нем) — «Я не знаю!»

*** (нем) — «Руки вверх!»

Сказ о том, как Михась в Москву за знаниями ходил

(Почти быль)

Эта удивительная история произошла в те далекие годы, когда не было ни радио, ни телевидения, а об Интернете никто слыхом не слыхивал и нюхом не нюхивал.

В одной российской глубинке у крестьянина Василия родился первенец, оказавшийся впоследствии последышем. Мальчик, которого назвали Михасем в честь деда Ивана, рос не по дням, а по часам, что было удивительно, так как часов в той деревне отродясь не было. Ребенок все схватывал на лету, что бы ему ни бросали, особенно, бестия, любил сахар. Отколет дед ему кусок, а тот — гам — и схрумкал! А надо заметить, что все крестьяне в той деревне были поголовно неграмотные. Нет, что касается 100 грамм, то, как говорится, отнюдь, но читать — ни-ни. У себя на огороде Михась откопал только одну книгу — «Словарь иноземных словей и придворных выражений», которую затер до дыр, так как читать все равно не научился. Когда пацану стукнуло 18 (причем больно так, по башке), чтобы не загреметь в армию, он решил топать в Москву-матушку. Тем более, что в белокаменнной проживал их дальний родич. Как послали его однажды подальше, так он и не вернулся.

— А как я его найду? — спросил Михась.

— Да у первого встречного-поперечного спросишь, где живет Василий Иваныч. Дык тебе любая собака скажет!» — ответил батяня.

— Неужто в Москве и собаки гутарят? — удивился Михась.

— Не знаю — не был, а люди болтали. — ухмыльнулся папашка.

* * *

Путь в Москву лежал неблизкий, а так как общественного транспорта, окромя ямщиков, не наблюдалось, то пришлось идти пешкодралом. Дней через десять он очутился в одном из лесов, примыкающих к Костромской губернии. Смеркалось, во рту у юноши не было и маковой соломки, так как он ее благополучно скурил по дороге. Михась увидел дымок над избушкой. Не чуя под собой ног, обутых в лапти, взяв «руки в ноги», на последнем издыхании он подполз поближе, о чем потом жалел всю оставшуюся жизнь.

В избушке обитали разбойники. Встретили отрока приветливо — ударом в челюсть и пинком по почкам. Когда он снова обрел дар речи, то атаман, тщательно перекрестившись, приступил к перекрестному допросу:

— Ты чьих будешь? — ласково поинтересовался вожак стаи.

— Да уж не ваших — съязвил Михась, за что сразу же получил по зубам.

— Ты, лох, не умничай! Тоже мне — ученый выискался. Как тебя звать-величать?

— Слово «LOCH» — есть германского наречия, и обозначает дыру, где вы живете. А звать меня — Михась!

От возмущения атаман чуть не выронил трубку.

— Эй, братва, айда сюда! Этот дешевый фраер заявляет, что он — Михась!

Такого громкого ржания молодой человек не слышал давно. Только один раз его любимый конь Федот так же отреагировал на поэму, которую ему попытался прочитать юноша.

— Я не вижу здесь ничего смешного, — как можно строже заявил Михась.

— А может хватит «валять Ваньку»? Говори правду, если тебе жизнь дорога! — грозно прорычал атаман, закипая от злобы...

 

* * *

Неизвестно чем бы закончилась вся эта история, и скольких бы ребер не досчитался наш герой, если бы в избу не влетел амбал — косая сажень в плечах (следствие последней разборки) —  и не отметелил бандитов метелкой, а затем не отдубасил дубинкой. Короче вырубил всю гоп-компанию. Мало никому не показалось. Взяв все ценности, подхватив Михася в полуобморочном состоянии, Рэмбо «российского рассола», покинул гостеприимную избушку. Скоро отрок пришел в себя.

— Кто ты, добрый молодец? — прошептал он окровавленными губами.

— А ты чё, меня с переляку не узнал? — удивился качок. — Меня же знает не только вся Россия, но даже ближнее и дальнее зарубежье!

— Суворов?

— Обижаешь, брат!

— Потемкин?

— Мелко плаваешь! Да я — герой России, лидер партизанского движения Иван Сусанин! Теперь узнал?

Михасю было неловко сознаться в своем невежестве, поэтому он скромно потупил глаза, а собеседник тем временем продолжал:

— Меня уже задолбали эти постоянные брифинги и пресс-конференции с «акулами пера» и чернил. Чернят все подряд. Особенно подрядился один грузин — Шота Руканашвили*, Знаешь, какие у него руки длинные? Всех достанет! Меня уже достал, выпустил книгу «В постели с Иваном Сусаниным», и там такого про меня написал, что самому читать страшно! Но ничего, зато теперь из-за границы почти не вылезаю, только поляки, пся крев, не хотят давать визу... А, кстати, за что тебе перепало? Ты ведь никого в лес не заводил. Чего же они так завелись?

— Да имя мое им не понравилось!

— А как тебя звать?

— Михась, — с опаской произнес юноша.

— Ну ты даешь, ядрена вошь! — неожиданно для себя в рифму сказал Иван Сусанин и с этими словами повалился на траву.

— А что такое?— поинтересовался любопытный отрок, имя как имя!

— Да просто так зовут одного крупного криминального авторитета. Вот они и подумали, что ты издеваешься! Хорошо еще, что я на помощь пришел. Услышал свое имя и решил посмотреть, кто такой крутой, хочет меня — Ваньку повалять! А что у тебя с носом? Перебили? Вот изверги! А ты, если не секрет, куда путь держишь?

— В Москву-столицу!

— Продавать живую птицу? — снова в рифму спросил Сусанин.

— Да нет, учиться! — парировал юноша

— Думаешь, возьмут лимита, да еще с со сломанным носом? Ты теперь просто Ломоносов! А что, звучит неплохо — Михайло Ломоносов! Гораздо лучше, а главное — намного безопасней!

ТАК МИХАСЬ СТАЛ ЛОМОНОСОВЫМ.

А через пару недель он, сдав документы, держал вступительные экзамены. Правда, приемная комиссия смотрела на патлатого юношу с нескрываемым презрением. Откуда ей было знать, что перед ней находится будущий светоч отечественной науки? Поэтому его чуть не запороли розгами. Спасло Мишу крестьянское происхождение, славянская внешность и природная смекалка.

Скоро новоиспеченный студент писал домой первое письмо:

«Дорогие предки! У меня все тип-топ: живу в общаге, получаю стипуху. На днях попытался найти родича нашего Василия Ивановича, но он с Петькой и Анкой отправился в круиз по реке. Подкиньте деньжат, а то цены кусаются. Вечером хожу по дискотекам. Туфта страшная, но надо! Всем привет из первопрестольной, хотя Питер сейчас котируется намного круче. Особый поклон коню Федоту — моему верному критику.

Ваш сын Мишель».

Такова краткая история поступления Михайлы Ломоносова в МГУ

________________________________

* имеется в виду Отар Кушанашвили.

Афоризмы

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com