ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Алена КРИВЕЦКАЯ (SPARKLINGCAT)


РАССКАЗЫ

И ТОГДА Я ЕЕ УБЬЮ

В моем доме стала появляться моя подруга. Точнее, появляться она стала уже давно — лет двадцать назад.

Помню, я тогда как раз была в процессе расставания с первым мужем — гражданским мужем — и было мне невыразимо больно... Именно тогда я и поняла, что значит «не находить себе места»: все болит, и душа, и тело (в частности, голова — от слёз...) и не хочется ни-че-го. И сбежать бы куда из дома от мамы с папой и их нравоучений — да некуда: куда хочется — нельзя, а куда можно — не хочется. И тогда впервые она пришла. Мы ещё не были знакомы, но встретила её с радостью и каким-то восторженным благоговением — я как-то уже думала о ней, но всё представлялось таким... недостижимым, что ли, словом, казалось, что такое общение — уж точно не для меня...

И с ее приходом многое изменилось — хотя бы на время ее присутствия возникало ощущение нереальности всей этой чепухи, и все проблемы казались ма-а-ахонькими  и несерьёзными... И даже думалось: «Бли-и-ин, и чего это я так переживала?..» И действительно, все как-то в жизни стало налаживаться, лишнее проходило само собой, нужное становилось на свои места, глупости и чувство безысходной тоски миновали — и через четыре месяца после «трагического» расставания я вышла замуж за другого по огромной любви...

А через 35 недель родилась наша дочь.

 

Так вот, в следующий раз она объявилась где-то месяцев пять после этого спустя — как раз муженёк мой чего-то задурковал: вдруг впервые почти за полтора года заметил мой несносный характер, упрямство и гордыню (не гордость, гордыню: это оказалось гораздо хуже...) и заподозрил, что если я с бывшим жила, значит, и любила его тоже, а чувства так быстро, видите ли, не проходят... Короче, помню такую картину: мы с дочуркой гуляем, а подруга моя, которую я не видела чёрт-те сколько, захмелев буквально от десяти глотков легкого пива, склонилась над коляской и щебечет, а дитё моё в восторге визжит: «Мма! Мма!»...

Ой, вы знаете, она очень хорошая подруга: всегда приходит, когда мне плохо. Стоит только чему случиться... Раньше она приходила не всякий раз — я мучилась, переживала, но когда становилось уже совсем-совсем невмоготу, она всё же являлась. Потом, наверно, мы стали гораздо ближе: она чувствует меня, и в любой момент срывается и летит ко мне. Особенно, если в доме есть, чего выпить.

А когда у меня все налаживается — она незаметно пропадает.

Очень милая. Прежде я ее как-то побаивалась и сторонилась, до последнего пыталась избежать ее прихода. Но потом увидела, что ничего страшного не происходит, более того — мир, рыхлеющий и оседающий как кубик сахара в горячем чае, в ее присутствии обретал прочность и непоколебимую монументальность в своей предельной простоте. А всё, что мне мешало, — просто вымывалось благодатным потоком тепла и отрешенности как сор из Авгиевых конюшен. Она приходит — и все сразу такие добрые и безопасные. И никто не замечает, что она пьяна! Мне её состояние кажется очевидным, и я боюсь, что заметят другие и жестко запретят мне общаться с ней. Но все в ней, слава богу, видели лишь милую девочку (правда, ей уже лет 40), чуть непосредственную, прямолинейную, взбалмошную: она смеётся — и смеются все, кто рядом.

Долгое время она была моим спасением — будь то проблемы на работе или несостыковки с мужем, она легко находила ту точку зрения, с позиции которой мир видится совсем по-другому, и взору открывается уйма выходов и масса возможностей! В предвкушении ее прихода с радостью лечу покупать вино или Очаковский «Джин-тоник» (не подумайте, что реклама!), а ей практически с каждым разом требуется все больше и больше... И в какой-то момент стало приходить понимание, что она начала реально встревать в мою жизнь. То есть, уже не только моё отношение ко всему происходящему меняет, но и вмешивается в ход самих событий!!! Я не сразу заметила, что она, например, стала орать на мою дочь. Ну да, девочка — моя красавица — в свои 18 лет влюбилась. Да еще в кого — в какого-то несуразного прыщавого и амбициозного однокурсника, который вдобавок младше ее на целый год! Да, мне не нравится этот отморозок, но не надо же вопить на мою малышку и придираться к ней по мелочам?... Но — что самое ужасное — в тот момент мне кажется, что подруга права, и когда моя кроха кидается ко мне: «Мама!.. ну что же это?..» — я её резко обрываю: «Я тебе щас почтокаю!!!»

Напившись, она, к тому же, отрывает меня от дел — мы можем часами бродить по городу после работы, или сидеть в Интернете, или таращиться в телевизор, или просто завалиться спать, оставив киснуть замоченное бельё и наплевав на то, что к завтрашнему утру на столе редактора должна лежать моя о-огромнейшая статья.

Она все больше хамеет с моими родителями, все смелее скандалит с ними, предъявляет им мои претензии, просто огрызается, напрямую высказывая им всё то, что я думаю и чувствую, но скрываю — все мои недовольства, какие-то мелкие обиды на них — то, чего им, по сути, и не нужно бы знать. Она, к тому же, стала слишком откровенничать обо мне с моими подругами и прямолинейно передает им моё мнение обо всём на свете. Она время от времени пишет странные e-mail-ы и смс-ки моим друзьям, выдавая мои секреты, а то и просто привирает. На форуме ИнтерЛитера она за меня развешивает стихи и строчит комментарии, которые потом приходится удалять. А однажды она припёрлась ко мне на работу — и мне многого стоило устранить все последствия её визита и последствия этих последствий. В конце концов, она повадилась названивать моему любовнику! — по делу и без дела, — терзать его моими подозрениями и догадками и изводить разговорами по два-три часа. А муж... Я его по-своему всё еще очень люблю, она знает все его больные места и слабости — и одним словом, а то и полувзглядом выворачивает ему душу наизнанку и доводит до белого каления. Но стоит ей с похабной улыбочкой на лице, которое я уже ненавижу, расстегнуть ему ремень... и он прощает ей всё. Пока ещё прощает.

И я готова ее убить. Она делает мою жизнь настолько невыносимой, что просто не вижу иного выхода. Я не могу от нее отделаться другим способом, более того: уже не могу без неё, и даже часто просто ищу повод, сама зову её и не могу от этого отказаться, а наутро серый рассвет мутным потоком обнажает рельефы мрачной действительности, и все тело ноет и ломит, и на душе так погано, что я злюсь на неё и на себя, но хочется, чтоб она снова вернулась. Все события в жизни идут как-то не так, и к ним примешиваются её выходки — и всё это не так страшно, наверно, но последствия накапливаются, и однажды уже ничего не вернуть на свои места.

Так вот, я уже всё продумала и приготовила. Как только почувствую болезненную потребность в ней — тёплая ванна, ароматная нежная пена (мы обе любим комфорт), «Кагор» (мы обе предпочитаем сладкое), ампулка «Новокаина» (мы обе боимся боли) — и пачка лезвий. Она придет, утопит в унитазе, порвав, мои дневники, вычистит компьютер от некоторых стихов, сожжет припрятанные фиг знает зачем фоты моих бывших любимых, чмокнет спящих дочь и мужа, пристально взглянет в зеркало на меня, уляжется в ванну допивать вино —

и тогда я её убью.

УТРОМ

Из книги «Не играй в хочу-не-хочу»
Пятигорск, РИА-КМВ, 2008. - 136 с.

...и бежит за мной, представляете? Я говорю: «Оставь меня, глупый, я иду на работу!», — а он идёт себе следом. И всё норовит догнать меня, прикоснуться, за руку ухватить. Ну, сколько можно?!! Ведь понятно же говорю, что оставь меня, не хочу, не надо!!! И так от всего на душе погано — просто сил нет. Я тороплюсь — нужно пораньше статью в редакцию принести, а то ж не опубликуют, блин, «поздно», скажут, типа, «новости — товар скоропортящийся»... Да ладно, не напечатают — главное, не заплатят же! А я всю ночь над материалом сидела, до четырёх не спала — а потом еще час уснуть не могла никак. А он спал себе. Набегался вечером, поужинал, завалился — и спал без задних ног. А мне статью отнести надо — и к восьми в КБ успеть, а я-то лишь два месяца, как после института туда устроилась. И никто ж не спросит: «А чё ты опоздала? Устала, мож, с любимым повздорила, не выспалась?» Нет. Сразу напомнят: «Нет незаменимых — есть не заменённые».

 

И вот я иду — да какое там иду! — галопом просто мчусь на шпильках своих 7-сантиметровых (ну, выглядеть же тож хочется получше), хорошо, что юбка пышная, так что бежать почти не трудно... А он следом, и бормочет себе что-то. Не, ну не пойму: он мне что-то сказать дельное хочет или просто достать пытается?.. Отмахиваюсь, уже как маленькому говорю: «Ну, перестань, иди домой, я ж вечером приду». Нет, будто издевается, идёт себе преспокойненько, и когда кто мимо проходит, он даже вид делает, что просто по делам направляется. А когда поворачиваюсь — останавливается и смотрит мне молча в глаза с беспредельным обожанием. Ну, как вам это нравится?

 

Мы живём в частном секторе города — и прямо между тихих улочек — центральная трасса. Это просто ужас какой-то! Перейти через нее практически нереально невзирая на наличие пешеходного перехода (о котором, похоже, знают только пешеходы, а водители даж не подозревают о его существовании). И вот я, улучив удачный момент, проскальзываю по «зебре» между мчащимися монстрами и перевожу дух на разделительной полосе посреди шоссе. Оборачиваюсь — а он за мной, и две машины, обгоняя друг друга — ему наперерез!.. А-а-а-а! — ладонями с растопыренными пальцами сжимаю голову и рвусь к нему — машины, не тормозя, пролетают мимо — но я чётко слышу глухой, но громкий, до сердца достающий, звук удара и его вскрик — и темнеет в глазах, ватные ноги подкашиваются, к горлу подкатывает тошнотворный ужас — и асфальт стремительно приближается к мгновение назад ещё зажмуренным глазам! А-а-а-а!!!

 

Добралась к нему, уткнулся мне в бок, прижался носом, молчит — вижу же, что просто терпит! Щупаю — вроде, ничего не поломано. И что теперь? К чёрту статью и работу! Больница? Скорая? Конечно, домой! Подхватываю его и пытаюсь тащить.

 

Не, ну вы представляете, как это всё выглядело со стороны? Иду, обливаясь слезами, на дрожащих ногах, несу этого грязного скулящего от боли пса (а он весит, как минимум, килограмм двадцать!), во весь голос причитаю о нём и на чём свет стоит ругаю брата, что не привязал собаку после утренней прогулки!..

«Утром». «И тогда я ее убью» — «Цвет четвертый: зеленый». «Цвет первый: красный»«Цвет седьмой: фиолетовый»

СтихиФото

Альманах «ИнтерЛит.01.06». Е-книга  в формате PDF в виде zip-архива. Объем 1330 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Главные плюсы беспокрасочного удаления вмятин.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com