ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Соломон ВОЛОЖИН


http://art-otkrytie.narod.ru

СЛУЧАЙНОСТЬ ИЛИ ЗАКОНОМЕРНОСТЬ?

Рецензия на рассказ А.Коваленко «Фашистка»

Я б, наверно, не отреагировал на рассказ «Фашистка», если б вскорости после него не стал читать книгу «Под сенью девушек в цвету» Марселя Пруста, а в ней не наткнулся б на такую (редкостно короткую у Пруста) фразу: «Наша связь с человеком освящается, когда он, осуждая нас за какой-нибудь недостаток, становится на нашу же точку зрения». И тут я вспомнил эту «фашистку» Коваленко, престарелую обрусевшую немку, эмигрантку в Германию из СССР, Ольгу Павловну Кох, заступившуюся в его рассказе перед нынешними юными немецкими неофашистами за русских, нет, строго говоря, — за советских (была, была такая общность — советский народ, которую за пределами СССР называли, да и сейчас зачастую называют, русскими), — заступилась за «русских свиней», искалечивших всю ее жизнь.

И те обзывали ее и мать фашисткой, когда в ноябре 1941 года они были депортированы из Крыма на Иртыш, и не хотели их приютить у себя, и к ее маме с первого же дня приставал на работе казах-начальник, и донес на недотрогу маму, когда та на десять минут опоздала на работу из-за болезни дочери, и сослали маму за то на десять месяцев, и стала мать после этого какой-то сломленной, и отец с фронта не вернулся, женившись на другой женщине, и в приступе эротической сублимации на нее, «фашистку», шутливо напал школьный соученик-выпускник Колька, а сколько-то лет спустя, с тем же криком, но уже не шуточно, а чтоб задушить, за поставленную ею двойку за полугодие, напал другой выпускник, сын районного шишки. Но главное, еще в войну, еще после ареста мамы, ее десять месяцев по ночам тайком от жены насиловал хозяин мазанки, где его жена Олю с мамой все же приютила. И Ольга Кох от этой травмы так и не смогла никогда оправиться. И замуж за влюбленного Кольку так и не пошла. И вообще прожила всю жизнь одинокой.

Чуть не полный набор напастей страшного тоталитаризма и (какой народ, такая и власть) соответствующего тоталитаризму страшного советского народа выпал судьбою Ольге Павловне Кох. И она уехала в Германию из империи зла. И та таковой снова, и после распада, в лице уже России, все больше предстает, мол, теперь в международном общественном мнении — намеком чему служит сама — вы видели — инвентаризация в рассказе советских мерзостей. Только их частенько и вспоминают иные эмигранты из СССР (или бывшего СССР) под воздействием антироссийской пропаганды в странах своего нового обитания. В аду-де жили.

Но...

И «в местечке, не особо жалующем иностранцев», живет в Германии Ольга Павловна, и «обожавших её детей», учеников, тут у нее нет, и, несмотря на уже «долгие годы» жизни тут, это «чужая страна», в отношениях с которой она состоит «весьма странных и противоречивых». И вот уже к ней лично прицепились трое, даже в темноте узнав в ней «русскую».

Несравнимо, конечно, сопоставление. Несправедливые слова тут пока физически угрожают лишь невозможностью пройти сейчас к себе в пятиэтажную бетонку. А там угрожали жизни: удушением после войны, замерзанием во время войны, — там насиловали ее, несовершеннолетнюю, десять месяцев. Там только любящие ее дети составляют гражданское общество, защищающее ее человеческое достоинство, а тут, видно, любой сосед или прохожий.

И все-таки тут автор заставил свою забитую героиню восстать против насилия. Да так, что ассоциируется бесценное историческое и героическое противостояние фашизму в войне советского народа:

«— Что, свинья, сама не знаешь, зачем сюда приехала? — повторил немчик свой вопрос, в раздражении поводя плечами.

Женщина потерянно скользнула взглядом по равнодушно померкшим глазницам пятиэтажки.

— ...Потому что ВЫ приехали туда — хотя мы вас тогда тоже не приглашали!! — неожиданно выдохнула она со всей накипевшей в груди ненавистью — словно гранату в руке рванула. Будто бы в старых советских фильмах — унося вместе с собой вражьи жизни».

Зачем эта глупость фразы? Разве ЭТИ пацаны вторглись в СССР в 1941 году? Разве вторгшиеся «приехали»? Разве ВОЙНА создала бесправие и грубость людей и власти в Советском Союзе? Зачем эта неадекватность реакции: «словно гранату в руке рванула»?

Что, мол, хотеть от испугавшейся старушки? Тем более, что дальше все спущено на тормозах: юный нацист выкрик не понял, а из подъезда случайно вышел сосед и галантно придержал для нее дверь...

Марсель Пруст открыл мне глаза на «Фашистку» Коваленко.

Это организованное автором перед нами в сознании Ольги Павловны столкновение оправдывающей русских героики, «Будто бы в старых советских фильмах», с инвентаризацией (тоже как в фильме, новом, антисоветском, например, «Штрафбат») ужасностей советских, это столкновение закономерности тоталитарно-ментального русского свинства со случайностью спасительного выхода из подъезда вежливого немца-соседа, это столкновение случайности придирки юных неонацистов с закономерной любовью к Ольге Павловне ее учеников в СССР, — все эти организованные автором в нашем сознании противочувствия (термин Выготского) призваны породить в НАШЕМ сознании катарсис. И катарсис этот, — если его осознать и тем превратить в словесно оформленный художественный смысл, — будет такой: жизнь — не без мерзостей, но и не целиком мерзка.

Коваленко трезвый реалист. Это не ново. И идеализм его, может, когда-то не очень уж и потрясал, или давно это было. Потому и нет у него сейчас никаких формальных изысков. Не очень, видно, велико было и вдохновение. Потому рассказ сразу и не обращает на себя внимание. Но вот... все же обратил. Потому, признаюсь, что автор не относится к России по принципу Ницше: падающего — толкни!

28 мая 2005 г.

Рассказы А.Коваленко

Статьи С.Воложина (указаны авторы рассматриваемых произведений):

С. РублеваЕ.ПетуховаЕ.БарановаИ.Мень / Н.БалуеваЕвг.БатуринА.ФроловМ.МосулишвилиД.РасуловаН.ТарасовА. КривецкаяЮ.ДобровольскаяЛ.ГалльЕ.МосквинВ.Владмели — А.Коваленко — Т.КалашниковаМ.БеленькийИ.ПильИ.БережкоА.Блэкбек —  М.ЕфимкинЛ.НочьА.ПетрушинЕ.АлымоваМ.Золотаревская

Эссе

«Избранные эссе-2». Е-книга  в формате PDF в виде zip-архива. Объем 1000 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

«Избранные рассказы 2005». PDF, 1000 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Свежая информация ворота гаражные здесь.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com