ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Александр КОСТЮНИН


http://kostjunin.ru

О писателе А.Костюнине. Содержание раздела

Я ЧИСЛЮСЬ ПО РОССИИ!

 

Алкал страстно, чтоб на этом месте искрился афоризм собственного измышления.

Ничего не измыслил. Ладно… Всё равно дочь уверяет: «Эпиграфы не читает никто».

Александр Костюнин

 

 

Указ Президента объявил две тысячи одиннадцатый год Годом российской космонавтики. («УАЗ Президента…», — читаю в одной из работ.)

А ну как с меркой космической подступить к вопросам земным?

Однажды гениальный провидец, конструктор пилотируемых ракет Сергей Королёв, в запальчивости сказанул: «Без книг, как без воздуха, человек жить не может!» Да могут, могут, дорогой Вы наш Сергей Павлович… Живут припеваючи. И людей таких становится всё больше. Читателей же, напротив, впору заносить в книгу Красную. Скоро библиотеки-передвижки у оставшихся книгочеев будут служить на посылках. Присмотритесь: за последние сто лет интерес к писательскому слову летит по нисходящей орбите, точно заблудившийся искусственный спутник, от апогея к пофигею своей славы — случился в программном обеспечении какой-то серьёзный сбой. Ошибку пытаются исправить многие, но пока… не удаётся никому.

Следом завалился в пике престиж литератора российского.

Это в нашей-то, самой читающей стране мира?! Да такое не могло присниться даже в кошмарном сне. Ещё отголоском слышится басок Сергея Довлатова: «Сказать о себе: “Я — писатель” в России крайне неприлично, всё равно, как сказать: “Я — красавец”, “Я — сексуальный гигант” или “Я — хороший человек”». [1] (Сноски — в конце статьи, на второй странице, — ред.) Предтеча ему Осип Мандельштам: «Поэзию уважают только у нас — за неё убивают. Ведь больше нигде за поэзию не убивают. Значит, ей воздают должный почёт и уважение, значит, её боятся, значит, она — власть!» [2] «Уважение» заслужили сам Мандельштам, Бабель, Цветаева…

Смутьянам — Лермонтову с Некрасовым — повезло: разминулись во времени с Советской властью. А то бы она их, вместе с пиитом Пушкиным, «уважила» тож.

 

Самовластительный злодей!

Тебя, твой трон я ненавижу,

Твою погибель, смерть детей

С жестокой радостию вижу.

Читают на твоем челе

Печать проклятия народы,

Ты ужас мира, стыд природы,

Упрек ты Богу на земле.

 

Да, за одну эту оду [3] «солнцу русской поэзии» бакенбарды бы повыщипали.

Последние две звёздочки нарисовали на кабине «чёрного воронка» в конце ХХ столетия: устранили излишне любимых в народе мастеров слова — Василия Шукшина, Игоря Талькова. И — тишина… Надолго ли? Неведомо.

Нескончаемые десятилетия карательные органы служили своего рода глухой оправой бесценным адамантам изящной словесности, авторитетно удостоверяя: чем оправа внушительней, тем больше в брильянте каратов. Оттеняя собой, они невольно фокусировали взор публики на гранях таланта, на том божественно мерцающем отблеске, который завораживал... Гонимый, запрещённый словотворец в одночасье становился пророком, речь его — проповедью, заповедью… Рукописное слово заучивали, твердили как молитву. Помолиться традиционным способом, послушать проповедь дипломированного священника в церкви возможности не было. Храмы и Бог находились под строжайшим запретом.

И вдруг разрешили всё…

Больше того, Россия отказалась применять крайнюю степень политической цензуры к «инженерам человеческих душ». «Щелкопёров» теперь не травят, не отстреливают, хоть засочиняйся. Слава тебе, Господи! (Иначе какой бы конкурс сочинений?!) Для Президента РФ это — статус цивилизованного правителя, а страна…

 

Расея нечаянно смыла родимое пятно, по которому нас узнавал весь мир.

Ба! Оказалось… это запёкшаяся кровь.

 

* * *

 

Пропало желание читать?

 

Плод перестал быть запретным и потому желанным.

Появилось немало других соблазнов.

Как вернуть охоту?

Судя по рекламе, взрослым достаточно заплатить налоги и любое хотение вернётся. Это ежли вкус распробован раньше… А как привить интерес к чтению художественной литературы школьникам, когда большинство из них

понятия не имеют, насколько это сладко? Коли не пробовали ни разу? Как влюбить в книгу детей?
Работы участников конкурса «Купель», помимо уникального собрания творчества будущих романистов, — огромная база данных, позволяющая объективно ответить на данный вопрос.

 

Вспоминаю детство своё…

Уроки литературы напоминали мне рыбий жир: воспитательница вливала каждому питомцу по столовой ложке: «Полезно!», а на вкус — противно до тошноты. Я шёл параллельным курсом. Зачитывался себе приключенческой литературой: сначала «Волшебник Изумрудного города» Александра Волкова — читал на ходу, на уроке, в туалете, в кровати… Везде! Затем «Сын полка» Валентина Катаева, следом Аркадий Гайдар — всё, потом недоступный Конан Дойль со своими легендарными сыщиками, «Малыш и Карлсон», «Остров сокровищ», «Три мушкетёра», «Граф Монте Кристо», Михаил Шолохов — всё. А количество манящих книжек впереди не уменьшалось — росло… Звало за собой, к горизонту. И я семенил, будто стригунок за маткой-кормилицей. Неотступно. Набирая с годами скорость, приобретая уверенность, потребность в эмоциональной нагрузке, глубине. Не за партой пришло ко мне понимание взрослых произведений. И, зачастую, не с первого раза. Стыдно признаться, я понял содержание романа «Братья Карамазовы» лишь в возрасте тридцати лет. Перечитал и неожиданно полюбил. Так же непросто угадывался потаённый смысл «сказки для взрослых» Антуана де Сент-Экзюпери и мистического романа Булгакова. И то, и другое сокровище заблистало яркими гранями в зрелом, «стреляном» возрасте.

Что если не один я такой… с удлинённым вегетативным периодом?

Замечательная идея предложена Владимиром Путиным: «Сформировать список из 100 книг, которые должен прочитать каждый российский школьник». Но опять-таки… Лишь бы произведения те рассчитаны были не на вундеркиндов. Таких на школу — единицы, а в массе своей… Зачем повторять армейские ошибки: «Призывают служить здоровых, а спрашивают, как с умных». Запойному книголюбу списки те без надобности: будет жадно заглатывать литеры ночью с фонариком под одеялом, как мы в детстве. Тайком.

 

Не побоюсь тавтологии: в юности способна заинтересовать литература юношеская!

 

Мне кажется, дивная Муза словесности должна увлекать, заманивать, тонко флиртовать с неоперившимся читателем. Никак не «грязно домогаться» или хуже того, насильничать малолеток (кстати, за это «светит» статья Уголовного кодекса РФ). Пусть фея литературы предстанет в образе дивной незнакомки из «Солнечного удара» Ивана Бунина:

 

«Рука, маленькая и сильная, пахла загаром. И блаженно и страшно замерло сердце при мысли, как, вероятно, крепка и смугла она вся под этим легким холстинковым платьем после целого месяца лежанья под южным солнцем, на горячем морском песке (она сказала, что едет из Анапы)».

 

И уж никак не в образе Дуэньи — старой сводни с драконьей внешностью из пьесы Ричарда Шеридана:

 

«Боже мой! Так она старше... чем-мммы... чем-м... сестры моей мамы».

— Не угодно ли присесть?

— Сеньорита, вы очень любезны... но...

— А я, сеньор, представляла вас совершенно другим. Когда увидела, я была просто поражена!

— То же самое произошло и со мной! Как гром ударило, понимаете...»

 

А пока отроки истошно вопиют, протестуя: «Нам неинтересны произведения, написанные двести лет назад. О чём пишут? Зачем?»; «И в 5-м, и в 6-м, и в 7-м — Тургенев. Есть в стране хоть один живой писатель?»

Вдобавок ко всему, бытует суждение: «Ай! сейчас литература по жизни не нужна, особенно технарям». Глупость какая! Я почти десять лет руководил заводом и, думаю, меня поддержит любой управленец: крепкое знание литературного русского не обуза для карьеры — волшебные сапоги с крыльями, помогающие обогнать любой социальный лифт. Почему об этом помалкивают?

 

Реплика внутреннего голоса:

— Открыто этого не признает никто, но любой властитель на практике проводит политику прагматичную — «Меньше знают, крепче спят!»: «Обычные граждане должны уметь прочитать вывеску, подписать заявление, собственные показания и довольно. Общеобразовательное базовое обучение должно быть не фундаментальным — прикладным. Литературой, не загнанной в строгие рамки идеологии, в стране с границами открытыми, управлять трудно. Целесообразно это вольнодумство свести на нет, сделать увлечением узко-элитарным, личным делом каждого. Не финансировать, не замечать писаку! при случае пустить “шептунка”…» У нас так.

 

Примечание: Со своим душеприказчиком я категорически не согласен…

 

Сонм классиков, помянутых школярами с неприязнью, продолжают Лев Толстой с пудовым четырёхтомником, Фёдор Достоевский с «садомазохистским» романом «Преступление и наказание»…

 

Кричит Раскольников из кухни:

Несите, бабушка, топор!

Клянусь, от голода со мною,

Вы не умрете никогда. [4]

 

Согласитесь, Толстого, Достоевского нельзя осмыслить в шестнадцать лет.

Что воспринимают дети? Набор сюжетных линий. А полнота переживаний, подтекст ученикам не откроется! Оскомину лишь набьют...

Может, устами младенцев действительно глаголет истина?

К тому же количество часов в программе неуклонно урезают. В физико-математическом классе труды гениев вообще «проходят» по сокращенным эрзац-шпаргалкам — «взлёт-посадка». Один урок в неделю! При такой методике максимум, что можно узнать: роман Льва Толстого — про войнушку. Эдак скоро подготовка к экзамену по ключевому гуманитарному предмету будет напоминать сцену из фильма «Место встречи изменить нельзя» по сценарию братьев Вайнеров, где «репетитор» Жеглов натаскивает молодого сотрудника МУРа Шарапова:

 

— Ну, что, поехали дальше?

— Поехали…

— Так, Львова Анна Владимировна, двадцать первого года — воровка на доверии. Шумакова Анна Борисовна, тысяча девятьсот двадцать второго года, воровка… маленькая такая, как пацан восьмилетний, в форточку лазила — скопщица.

— Кто? Кто?

— Квартирные кражи.

 

Без лирики. Сжато. По-военному.

Но ведь ознакомиться с содержанием — мало. Главное: что в «сухом остатке».

«Души! прекрасные порывы» — мой сосед-администратор данное изречение Пушкина считает «призывом», самого поэта — своим вдохновителем и цитирует всякий раз, когда собирается творческую инициативу «то-воо!.. поприжать». Свой школьный литзапас «пушкинист» пополняет за счёт политических детективов. Так «Семнадцать мгновений весны» подарили ему второй перл: «Ай-да Пушкин, ай-да сукин сын!» Сериал «КГБ в смокинге» ознакомил с классиком американской литературы:

 

Как живёте, штат Айова?

Ничего. Хэмингуёво...

 

А страстной прихожанке церкви из всей Нагорной проповеди Христа полюбилось одно единственное словечко: «Стучите!» Этим тихо живёт и вдохновляется.

Какой прок от такого чтения?

Предвижу бурю возмущений: «Как прожить без графа Толстого?!»

Пушкин ведь жил. А созреет душа молодого человека, возжаждет прекрасного и… прильнёт он к великим творениям. Тогда сам насладится и ещё с друзьями поделится. Кстати, эпопею «Война и мир» не читают сегодня даже студенты филологических факультетов федеральных ВУЗов — МГУ и СПбГУ. «Первый том ещё тискают, а начиная со второго — странички не разрезаны», — жаловались на творческой встрече тамошние библиотекари. Зачем же на малых детях испытывать? Да, если на то пошло, сам автор, Лев Николаевич, чистосердечно признавался Н.С. Лескову в июле 1893 года: «Начал было продолжать одну художественную вещь, но, поверите ли, совестно писать про людей, которых не было и которые ничего этого не делали. Что-то не то. Форма ли эта художественная изжила или я отживаю?» [5] Дела-ааа…

Для меня очевидно: в наш динамичный век следует отдавать предпочтение малым литературным формам. Это позволит знакомить с «необрезанным» произведением во время урока. Пусть процесс чтения приносит эстетическое удовольствие. Например, в частной школе имени Михаила Ломоносова в Москве, куда пригласили меня в апреле, существует традиция: родители читают всему классу свои любимые произведения. Давайте устраивать подобные праздники читательских удовольствий!

И вот ещё одна «загогулина»: предмет в учебной программе хоть и числится под названием «литература», школьникам скорее преподают… «литературоведение»!

Откроем словарь:

 

«ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ — наука, изучающая законы построения литературных произведений, развитие литературных форм — жанров, стилей и т. д. Она разделяется на две основные части — теоретическое и историческое литературоведение. Теоретическое литературоведение — это теория литературы, или поэтика. Она исследует основные элементы художественной литературы: образ, роды и виды, стили и т. д. Предмет исследования истории литературы — своеобразие различных нац. литератур, литературных периодов, направлений и течений, творчества отдельных авторов. История литературы рассматривает любое литературное явление в историческом развитии. Отдельная часть литературоведения — стиховедение. Его предмет — классификация, определение своеобразия основных форм стихосложения: ритмики, метрики, строфики, рифмы, их история. Стиховедение использует математические подсчёты, компьютерную обработку текста; по своей точности, строгости оно ближе к естественно-научным, нежели к гуманитарным дисциплинам...»

 

И так далее, всё глухим непролазным лесом, топкими болотами, на крайняк — огородами.

Литературоведение!.. Бр-ррр! Читаю определение… аж самого оторопь берёт.

Как можно увлечь этим в светлой восторженной юности?!

Да никак!!!

Подобные «сласти» исключительно наши, старческие. Плюс лекарство в одном. Типа валидола под язык. Лично меня означенная дисциплина заинтересовала после того, как стал писать! Это уж не просто увлечение — смысл жизни. Точку невозврата я давно прошёл. А юных отроков жаль. Вместо увлекательного чтива — анализ… Вы поставьте на место школьников себя… Заказали бокал марочного вина, предвкушаете благородный вкус, а вам под нос — трёхлитровую банку… с анализами.

Представляете?! Кому это понравится?..

 

А коли серьёзно…

За бравадой, иронией пытаюсь скрыть тревогу. Ситуация в школе с литературой, русским языком непростая. Знаю не понаслышке. Одна из участниц конкурса, преподаватель-русист подмосковной школы поведала:

— У нас в школе старшие классы сформированы по предметам: класс углублённого изучения математики, класс истории, биологии. Три основных направления. Из того, что осталось, скомплектовали класс «г» — сейчас это выпускной, одиннадцатый. Коллеги между собой называют его «Большим Г». Я там веду литературу. Решила вашу «Рукавичку» прочитать вслух, посмотреть на реакцию… (До этого, где бы ни читала, — равнодушных не было.) Слушали из всего класса три девочки. Остальные занимались своим делом: кто «балдел» под музыку, так и не сняв наушники за весь урок; кто переписывался SMS-ками; кто в карты резался. Рустам, мальчик с юга, на заднем столе сосредоточенно разбирал, смазывал пневматический пистолет… Каждый раз после урока в этом классе я радуюсь, что не плюнули в лицо. Неприятно и… страшно. А дома — скорей, скорей принять ванну… Смыть с себя всё…»

 

* * *

 

Книга или ридер?

 

Наткнулся в Интернете на мнение педагога. Рассказывает, как в бытность учёбы в университете, подбирая материал для курсовой, она обнаружила один из летописных источников. Церковный иерарх на чём свет стоит поносит новшество — книгопечатание на Руси и влечение к книгам. Мол, теперь отроки, вместо того чтоб слушать заветы стариков, проповеди церковнослужителей ЧИТАЮТ!!! «Сия вольность вред принесёт непоправимый, ибо печатное слово… бездушно».

Вам это не напоминает сегодняшнюю ситуацию? Мы точно так же клянём компьютеры, Интернет, телевидение. Сетуем, что «недоглядели, упустили детей…» А может, это не они «упущенные», мы их не догоняем?! Ведь и в нашем детстве существовали, наряду с фолиантами, коллекции пластинок со сказками Пушкина, Чуковского, Маршака — декламировали профессиональные актёры. Затаив дыхание, мы слушали увлекательно-таинственные голоса, представляли в роли героев себя, фантазия клокотала, расплёскиваясь... Превращения, козни царя Гвидона и иже с ним засели в моей памяти на всю жизнь.

Классический вид книги — не догма!

.............................................................

Окончание

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com