ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Анна КОНОНОВА


Стихи и рассказы публиковались на сайте и в альманахе «Образы жизни»: http://obrazyzhizni.com/

Темперамента дракононова

Поэтесса Анна Кононова.

                            Лев Бертин

Мы всё те же, но всё реже.

                             А.Кононова

* * *

Игорю

 

Все карие, все карие твои!

И солнечные искорки в глазах...

Я забываю спать и говорить,

Необще мыслить, колкости бросать —

 

Когда не вовремя, некстати, без нужды,

Без правил, не заботясь ни о чем,

Они восходят, мелочность вражды,

Случайность дружбы зачеркнув лучом.

 

Они явились, и безудержным броженьем

Расплескан повседневный ритуал:

Уже о правилах дорожного движенья

Толкует мне безусый лейтенант;

 

Уже и в переполненный автобус,

Который штурмом взят спешащею толпой,

Я не стремлюсь, затем, что беспокоюсь

О всех супругах, едущих домой.

 

Безумные поступки совершаю

Неженственно, и глупо, и смешно:

Забыв приличья, на сугроб влезаю

И столпницей гляжу в твое окно.

 

И отдаю легко и бестолково,

Готова всех любить и уважать...

И все ищу, ищу два тихих слова,

Которые могли бы нас связать.

 

 

Сон

 

Мне снилось, что я обхитрила погоню

И в светлый твои дом забралась по балкону.

Сердце зажав, чтобы стуком не выдало,

Нырнула в постель. Меня только и видели!

 

Но на широкой двуспальной кровати

Нынешней ночью жену целовал ты,

Тайное тайных творил спозаранку...

Воздух сгустился, сдавил самозванку.

 

Выгнулась от напряженья филенка...

Дверь отворилась. Впустила ребенка...

Мама, дрожа, головою качала:

— Что тебе снилось? Ты сильно кричала...

 

 

* * *

Когда с утра мы бродим в ссоре,

Броженье мусора в умах,

И сор пускается в размах,

И волны морщат наше море, —

 

Я начинаю колдовство.

Я достаю твою сорочку,

Пою, разглаживая строчку

До миллиметра подо швом.

 

Жар утюга — и жарко дома,

Морщины гаснут под рукой,

Ты — удивительно другой,

И я — едва тебе знакома.

 

И тайно каждый полагает,

Что скоро в море будет тишь...

А ты, мой милый, говоришь,

Что колдовство не помогает.

 

 

* * *

После этого

Мир фиолетов.

А потом становится синим,

Но еще без предметов.

А потом голубеет

(Это дыхание веет,

Такое родное, что, возможно, мое)

И становится розовым.

Вижу в розовом свете,

Что у нас появляются дети:

Мальчик, и девочка, и мальчик еще...

Влажно твое под щекою плечо.

Розовый тает,

Мир обретает вещность и смежность,

Только высоко в углах потолка

Запутались вечность и нежность.

 

* * *

«Dosiegne dokad niemozebnie»

Адам Мицкевич

 

Я ждала тебя со всех войн,

где правый бьется с неправым.

Я носила тебе, поле пашущему, хлеб.

И на финишах гонок,

среди прорвы машин и отравы азарта

я тебе улыбалась,

страх и ревность с лица стерев.

 

Я знаю — мала для тебя весна,

А салют — только выброс шутих,

пока преграда не преодолена,

пока невозможного ты не достиг.

Преображай! — наши дети играют в саду.

Опережай! — и цветок превращается в завязь.

Ты победитель — покамест я жду,

покамест я улыбаюсь.

 

 

* * *

Лето мое отзвенело,

Седеют виски у деревьев,

Дым от автомобилей

Пытается стать туманом.

 

На выставке позднецветочной

С тобою, от смеха пьяным,

При помощи шутки неточной

Спасаем поникшие канны.

 

Среди тишины увяданья

Так медленно падают капли

Искусственного увлажненья

И непритворной печали.

 

Над смертною красотою,

Над умершим летом беспечным

Касаюсь тебя поцелуем,

Минутным и бесконечным.

 

 

* * *

Сняла серебряные кольца

И засветила ночничок

И желтый круг лег на оконце,

И перестал трещать сверчок.

 

Листала тонкие страницы

При дуновении с земли

И, добротой сияя, лица

Людей неведомых цвели

 

Набухшими ветвями ветер

В саду без устали стучал

И день назавтра был так светел,

Так далека была печаль.

 

 

* * *

Молочное дыхание ребенка —

Как венчик над недальним огоньком.

Спокойно спит зубастая гребенка,

И ленты перепутались клубком.

 

Весь добрый мир, где мультики и лыжи,

А страхи гасит мамина рука,

Уютным псом придвинулся поближе

И лижет щеку светом ночника.

 

«Печали нет у этого причала!» —

Поют часы, качаясь на стене.

Простая близость детского начала

Велит без устали надеяться и мне.

 

 

Мир Хемингуэя

 

Рыба прыгает — и брызги

Светлой стенкою взлетают.

Обессиленно гребя,

Побежденный побеждает,

Побежденный побеждает

Побежденного себя.

И пьянчуг глумливых визги,

Океана голоса,

Не дотронувшись, повисли

И качаются в глазах.

Он идет неторопливо,

Ни пред кем не виноват.

Только шепчет бесконечно,

Только шепчет терпеливо:

— Хорошо ли тебе, рыба?

Рыба, рыба, я твой брат...

 

 

Дopoгa

 

И пятый прошел, и шестой, и седьмой,

И даже проехал возок.

Уже не тропинка — дорога домой,

Уж пояс, а не поясок 

 

Пролег по земле, и без счету могил

В дорожный пошло материал

А кто, оступаясь, с дороги сходил —

Тот просто ее расширял.

Стр. 2

Рассказы

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com