ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Елена КАНТОР


СТИХИ 2004 — 2006

 

* * *

Межсезонье, милый. Чувств нищанье...

Пауза, объятая слезами.

Будто полувстреч предназначенье

В чем-то незначительном меж нами.

В чем-то невесомом. То, быть может,

Сила вне названия и тела.

Это просто осень все итожит,

Это просто лето пролетело.

 

Это просто я забыла спички,

И не разглядеть в ночи предмета.

Кажется, что распустились почки

В самой жаркой половине лета.

Кажется, что осень наступила

По весне, да Бог с ним, с цветом рыжим.

Только бы не заморозки, милый.

Я боюсь, что почек не увижу.

 

Я боюсь, что не застану счастья,

А цветы в альбоме — пыль да бархат.

Смотришь в ярко-рыжее бесчестье

Сквозь глаза заплаканные марта,

 

Смотришь... Я с тобой в снежки играю

В августовских красных рукавицах.

Только бы насытиться игрою,

Только бы успеть остановиться.

 

* * *

Любо-дорого мне твоё всего ничего,

Мне его не получить, не вынянчить.

Поставлю в печь и пуще прежнего

Буду ждать, как оно подоспеет-выпечется.

 

А тебя румяную, красивую ищи-свищи —

Улыбаться придешь, похохатывать.

«Всего ничего», — молвишь и изымешь из печи,

А потом и вовсе пустишься разворачивать.

 

А потом и вовсе пустишься смаковать-хрустеть.

Али целым съешь — не обмолвишься...

Всего ничего... Мне придется смотреть

На его докучливую формочку.

 

* * *

Я полюбила мужчину-мальчика за его лицо,

Его хладнокровное сердце, избравшее мою плоть.

А мальчику-мужчине суждено было стать отцом

Моим, плода моего... Наверно, столь явствен путь

К отечеству, к седой голове, к тяжелой мужской руке...

Но плачущая дочь я и совсем никакая мать.

Как будто бы приближаюсь к летящей с обрыва реке

И каждую каплю мне суждено вобрать.

Но хрупки руки мои, а мне иных не иметь.

Все дальше отцовство-отечество, и мальчик мой, Господи, стар.

И вот предо мной он сжимает сухой ломоть,

Ласково улыбаясь, неспешно крадется спать.

 

* * *

Ее называл он — Ева, Мария, Любовь —

Как первую женщину, мать, как желание свыше.

Она нарекала его беспристрастно — Любой.

Любой аки Сущий... И в этом ей — истины чаша.

Ее называл он Богиней зеркал, в зеркалах

Себя наблюдая ее голубыми глазами.

Она изводила себя на больших золотых куполах:

Его и зеркальном, которые звались Сердцами.

И был им очаг — как огонь, и вода... И постель —

Их бестия, их беспринципная паства*.

И он уходил... И он уходить не хотел...

«Любой аки Сущий, — звала его. — Радость и Рабство».

_________________________

*Паства (устар.) — пастбище

 

* * *

Я боюсь потерять этот мир,

Я его недостойна.

Я чужая ему

И нелепая во слепоте.

Эти холод и мор —

Мне досель не раскрытая тайна.

Все молюсь о цветке

На пока не отцветшем кусте.

Будто жду лепестков,

Но во льдах утолить мою жажду —

Прорастать, проживать,

Не тревожиться в этом миру —

Мне пока неподвластно.

Смирюсь с проступающей блажью,

Что я сладко живу,

Кувыркаясь на этом ветру.

 

* * *

Наверное, я буду проходить —

Как корь и свинка, как тюрьма-больница...

А может, и не стоит торопиться,

Но, Господи, да где ж предугадать?..

 

* * *

Нас заносило в ласточкины гнезда,

Когда, пожалуй, ласточкой быть поздно,

А гнезда — только окна для души.

Нора над пропастью... И нет иного смысла —

Душа как будто в форточке зависла.

Крылами машешь. Можешь — не маши...

Нас заносило в ласточкины гнезда.

В чужие гнезда в дни сухого ветра.

Но отчего в чужом окне замерзнуть?

Но отчего в чужом окне зависнуть?

И для кого стать ласточкой и стиснуть

Все ребрышки и перышки души.

* * *

И ползать, и летать,

И по-земному биться...

И небеса латать

Песчаною крупицей...

И падать ей назад

В пески, в земную душу...

А небеса глядят,

Молчанья не нарушив...

А небеса молчат,

А небеса итожат

Слепых земных волчат,

На золото похожих...

 

* * *

И я блуждала и блажила,

И верила, что я жила.

Но что-то в жизни не сложила,

И вот — себя не превзошла.

 

И я себя не отогрела,

Лишь иссушила на ветру,

Как будто бы не я играла

В такую страшную игру.

 

Как будто бы и не щадила

Себя на этом рубеже.

Какой же, Господи, ветрило!

Какой неистовый уже.

 

* * *

Когда влюбляешься в лицо

И рук не ведаешь кормящих,

Несется зверем на ловца

Твой серый день — безусый мальчик —

Иван, не помнящий родства,

Нет, Каин, погубивший брата...

Ты аки тень — ты виновата.

Живешь, как сорная трава.

 

* * *

Жить не иначе — трещиной в стене,

Которую не должно не заметить,

Не поспешив о ней заговорить...

А далее по тексту: быть — не быть...

Но не случится трещине ответить...

 

* * *

Корнеплодом забытым —

В конце октября,

На бездетной гряде,

На грубеющем грунте —

Остаюсь почему-то лежать

И дышу мерзким пагубным холодом,

Подошедшим вплотную,

Глядящим в упор на меня

И молчащим, молчащим,

Будто ждущим, как я

Пред постылой зимой отойду.

 

* * *

Они плыли — голубями и ливнями...

На крыльях несли дождевые капли...

Такими чудесными были, такими милыми —

Промокнуть хотелось под ними и плакать.

Когда дожди осыпались буквицей

И бренные капли стекали по платью,

Кто-то говорил, что это нравится,

Что с этим совсем не стоит бороться...

Кто-то искал дешевые зонтики,

Упрятать желал голубей в голубятню...

Потом выпускал их, от колкой промозглости

Опять становилось до боли приятно...

И перья птиц — серые, скользкие, узкие

Играли — на шляпках, на платьях, на сумочках.

Как будто неистово целилось в темечко

Чужое безумие, чужое безумие.

 8    7    6    5    4    3    2

Новые стихиСтихи 2016-12Стихи 2011-07 — Стихи 2006-04

Рассказы Фотокомпозиции

«Избранная лирика». Е-сборник в формате PDF. Объем 970 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com