ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Юрий БУЖОР (ЧИЧЕРОНЕ)


ЗАПИСКИ ЧИЧЕРОНЕ 5

 

Поле чудес

Алексей Толстой гениально пересказал «Приключения Пиноккио» Коллоди. Знающих не понаслышке, кто такой Буратино и как, желая разбогатеть, он закапывал свой золотой на Поле чудес, среди нас пока что большинство. Мы тоже «закопаем»: и деньги, сколько там берут за экскурсию, и полдня нашего драгоценного времени. Сделаем это на Piazza die Miracoli, Площади чудес в Пизе. И обогатимся безмерно.

 

В прошлой круизной жизни придумал я себе одно развлечение. Из соседнего Ливорно, где швартуется судно, наши экскурсионные автобусы привозят в Пизу сотни людей. Приезжаем. Идем вдоль высокой глухой стены. Я держусь впереди, чтобы раньше всех оказаться на Площади чудес. Но стою спиной к чудесам и лицом к воротам. Экскурсанты более или менее готовы к встрече с Падающей башней, но не с баптистерием и не с собором. Площадь разом распахивается во всей своей неизъяснимой красе. Это волшебное изменение множества лиц одновременно надо видеть! И положительной энергией подзаряжаешься, что в условиях профессионального недосыпа не лишнее.

 

Вот чудо так чудо — Башня. Фундамент рассчитали правильно, но обнаружить глубоко залегающие пустоты в XII веке было невозможно. Эхолотов и алмазных буров для рытья контрольных шурфов тогда еще не придумали. Крен обозначился вскоре после начала строительства, однако пизанцы, охваченные каким-то безумием, продолжали тянуть башню вверх, да еще увенчали её тяжеленными колоколами. Башня пережила несколько разрушительных землетрясений. Могли дорого обойтись этому чуду света и неумелые попытки ему помочь. По приказу Муссолини у основания были просверлены отверстия, куда залили 90 тонн жидкого цемента. После чего башня буквально пустилась в пляс. Скачкообразные непредсказуемые колебания измерялись миллиметрами, но каждый миллиметр мог стать роковым. К счастью, окончательно вздрогнув, башня заняла прежнюю позицию. После чего возобновила медленное падение по привычной траектории.

 

Летом 1944 года здесь проходила линия фронта. Засевший на башне немецкий артиллерист, оснащенный сильной оптикой и передатчиком, умело корректировал обстрел американских позиций. Потери были большими, по представлениям союзников — очень большими. Сержантов Леона Векстайна — разведчика и Чарльза Кинга — радиста отрядили к башне, чтобы навести на нее ответный огонь полевых орудий. 6-дюймовки стоящего на рейде крейсера тоже были развернуты на цель. Через несколько секунд в эфире прозвучит позывной: THIS IS ABEL GEORGE ONE. FIRE — и все, Hiltin’ Hilton, как называли его американские солдатики, «Кривой Савой», прикажет долго жить. Векстайна и Кинга с башни засекли, вся артиллерия Кессельринга, казалось, бьет уже только по ним. Отползать без приказа не положено, а под перекрестным огнем чужих и своих сержантам точно пришел бы конец. Но тут в наушниках зазвучала райская музыка: «...вашу мать… давайте, у... оттуда, эти б…(генералы, значит) решили не трогать башню». Музыку исполнил сержант Браун с командного пункта. Пронесло и на этот раз. И за Векстайна с Кингом радостно, остались живы парни.

 

Беда не миновала другое чудо — кладбище Кампосанто. Когда-то сюда пизанские корабли навезли земли аж из Иерусалима. Американская бомба застряла в перекрытиях свинцовой кровли и затем взорвалась. Расплавившийся металл погубил 23 фрески Гоццоли на ветхозаветные сюжеты.

 

Суровую стену кладбища зрительно облегчает готический табернакль над входом. Такой же эффект создает аркатура баптистерия. Да, единство стиля нарушено. Но разве не правда, что от смешанных браков родятся красивые дети? Мысленно придайте баптистерию первоначальный облик, и станет непонятно, как держит земля эту громаду размерами 55 метров в высоту и без малого 40 (можно уложить 12-этажный дом) в диаметре. Верните готическое обрамление, и здание превратится в готовый к взлёту космический корабль.

 

Первый камень заложили в 1064 году, освятили в XII веке. Еще лет 350 после этого собор оставался самым большим в мире христианским храмом. Стиль романский. Как видим, не всегда это что-то мрачное и громоздкое. Собор — главный, мажорный аккорд в архитектурной полифонии площади. Музыканты утверждают, что 4 яруса колонн соответствуют композиции фуги. Во втором ярусе (в фуге это был бы второй голос, так называемый «ответ») обнаруживаем коротенькую темную колонну. Кто на неё посмотрит, никогда не будет несчастен в любви. Зря сомневаетесь. Сколько людей привозили сюда — ни одной рекламации.

 

Фасад можно разглядывать час. Так ведь и было в старину. Телевизоров не было, кино тоже, грамоте не обучались, а культурно отдохнуть хотелось. Народ собирался перед церковью, и какой-то просвещенный малый давал пояснения. Вот Мадонна, вот Иоанн Креститель. Святая Репарата, евангелисты, сцены жития Спасителя.

 

Вернемся к башне. Уже лет пять, как она Непадающая. Угол наклона зафиксирован. В ход пошли противовесы, обхватное бетонное кольцо, крепежные тросы. Работы затянулись на 10 лет и обошлись в сотню миллионов — не лир, конечно. Главная идея многим казалась рискованной: со стороны, противоположной направлению наклона, подрыли почву, и башня слегка, незаметно для глаза, опустилась назад. За 15 евро можно по внутренней винтовой лестнице подняться наверх, полюбоваться оттуда Баптистерием и собором. Правда, башни оттуда не видно. В стоимость входит и жутковатое ощущение внутри наклоненной трубы, как кажется, без окон, без дверей. Здравый смысл и инстинкт подсказывают, что надо бежать вниз, пока не поздно. Но деньги уплачены, и карабкаешься наверх.

 

Какие тела падают быстрее, легкие или тяжелые? Тяжелые падают больнее, это точно, но при прочих равных не быстрее. Галилей, кстати, уроженец Пизы, в безветренную погоду бросал с места, куда мы взобрались, чугунные ядра, круглые пульки и прочие предметы и выводил этот неочевидный закон мироздания.

 

В местной тюрьме томился, ожидая выкупа, Марко Поло. Воевал на стороне генуэзцев и попал в плен. От нечего делать рассказывал сокамернику о своих приключениях, и вскоре эти рассказы увидели свет. Марко вернулся в Венецию свободным, зажиточным и... несчастным человеком. Все, что он привирал, принимали за чистую монету, истину отвергали. Мы еще можем поверить в людей с собачьими головами или туман такой густой, что даже на слоне не проедешь, — говорили читатели. — Но рыбки с развевающимися хвостами? Бумажные деньги, которые в любое время можно обменять на золото? Да он смеется над нами! Между тем это как раз была святая правда.

 

В Пизе в 1872 году власти дали спокойно умереть апостолу свободной Италии Джузеппе Мадзини, прибывшему сюда нелегально. Некогда пламенный карбонарий, он резко критиковал вождей I Интернационала и Парижской коммуны за диктаторские замашки. Не мог простить старым товарищам Гарибальди и Кавуру, с которыми по клочкам собирал Италию в единую державу, да что там, не мог простить всей Италии, что она стала королевством. Мадзини не праздновал королей — красных, белых, любого цвета; до черных рубашек он не дожил.

 

Знаменитые пизанцы — братья Понтекорво. О Бруно Понтекорво узнал весь мир, когда он с женой и тремя детьми исчез из поля зрения западных спецслужб. За решетку угодил тогда физик Фукс и начал давать показания о шпионаже в пользу СССР. Бруно не стал дожидаться ареста. Второй раз о нем заговорил мир после сенсационной пресс-конференции в Москве в 1955 году. Жил и работал в Дубне, продолжал исследовать медленные нейтроны. К работе над «изделием» допущен не был. Но пользовался относительными благами, полагающимися физику-ядерщику с мировым именем, даже Ленинскую премию получил. На вопросы о национальности отвечал: я коммунист и католик. Умер лет 12 лет назад в Дубне, похоронен в Риме. Совсем недавно во время прогулки в Альпах упал и скончался на 92-ом году жизни Гвидо Понтекорво. Крупнейший генетик, работал еще с Вавиловым. В Москву в качестве гостя кинофестиваля наезжал Джилло Понтекорво, кинорежиссер, в свое время директор Венецианского «Золотого льва». Ему давали возможность встретиться с братом. Джилло 86 лет, он жив и, будем надеяться, здравствует.

 

Старинная гравюра

Записки Чичероне:
«От автора». «Наяда моя!» — «Русский некрополь в Каннах»«Тьмы низких истин»«Фредериксборг» — «Поле чудес» — «Бедекер, Феллини и бабушка швейцара»

Очерки из норвежского цикла:
«Один день в Норвегии»«Обнаженка в Осло, или Тело в шляпе»«Сад людей»

москитки спб . Evva 3ks купить тех без дверные замки evva.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com